Девчонка с застывшим выражением лица и, хвала Великой Степи, наконец-то, закрытым ртом пялилась на творящееся безобразие. Пора бы с ним завершать, преподавательский состав академии, наверняка, уже оповещен о запрещённом выбросе магсил.
Прошел миг, другой, я все держал ведьму взглядом, продолжая возмущенно пыхтеть, но больше уже на самого себя, чем на вредную стерлядь. Сила не только не желала усмиряться, она всем моим действиям вопреки, шла в разнос. Распаляясь и выворачиваясь.
А девчонка вдруг вздрогнула и будто ожила в глазах. Проморгалась, прищурилась, явно прикидывая очередную каверзу, и двинула в мою сторону, покачиваясь тугим стеблем в бедрах.
Ты что, родная? Белый свет топтать надоело? Захотела внести разнообразие надгробной эпитафией?
Не жила по-умному, так и преставилась?
Не будь дурой и свали к вурдалакам скорее!
Я уже чувствовал, как инерционные силы воронки прижимают меня к центру все яростнее. Ещё немного, и развертывание всей сети вращения будет завершено.
…Ведьма оказалась совершенно неправильной. Вместо того, чтобы наслаждаться бесславным концом злейшего врага, она легко и свободно прошла сквозь магические потоки, чтобы…
Ачешуеть…
Либо бессмертная… либо безмозглая… Хотя в ее случае это, наверное, синонимичные понятия.
Беспрепятственно (как ей удалось преодолеть родовую магию?) пройдя сквозь плотные слои воронки и придвинувшись ко мне вплотную, девчонка стиснула тонкими длинными пальцами мой полувер, потянула на себя, и я повелся.
Интересно же, что задумала эта на всю голову неопределенная.
Склонился над ней, с сожалением отмечая, как с треском уходят из-под контроля последние линии силового поля, и…
Ведьма просто врезалась в меня своими губами. Впилась намертво, почище шиаторских пиявок.
Какого?..
Прежде, чем я успел облечь в слова, что именно с нами происходит, и сообразить, куда весь этот беспредел следует безопасно направить, мой внутренний источник силы откликнулся на добровольно открытую ведьминскую силу и принялся ее тянуть, с каждым глотком затыкая образовавшиеся от внезапного выброса родовой энергии бреши. Заполнял пустоты, усмирял разбушевавшиеся потоки.
Девчонка держала меня губами, а я глотал и глотал ее силу, возвращая себе контроль над ситуацией.
Свернулась воронка, рассеялись остаточные эманации.
Я уже дочищал пространство от следов несанкционированного выплеска силы, когда ведьма оторвалась от меня, оттолкнулась и злым обвинительным взглядом уставилась в мои глаза, по второму кругу обрушивая на меня очередное свое стрекотание.
Эй, пигалица?! Это не я присосался к тебе минутой ранее, это ты решила, что тебе подобная наглость позволена.
И кто из нас здесь зол?!
Кто истинная причина всего происходящего?!
А эта, Великой Степью обиженная разумом, спокойно отвела взгляд и начала с будничным интересом осматриваться.
Да ты издеваешься, шмакодявка!
- Госпожа Стэр! Господин Файт! Что у вас здесь происходит? - в библиотеку гремучей цветовой смесью влетела куратор Мэдхали. Изумрудные волосы, темно-бардовый защитный костюм, малиновые маска и перчатки на руках (из лаборатории, видимо) и мерцающие синевой беспокойные глаза.
Третья синеглазка по мою голову…
Эта мысль стала последней каплей в чаше моего сопротивления обстоятельствам, и, воспользовавшись мудростью древних “не можешь изменить, возглавь”, я отпустил все напряжения, позволив себе, наконец, смиренно расслабиться.
Внутри сытым довольным зверем ворочалась сила, и совершать новый подвиг не желалось никак.
Достаточно.
Пусть сегодня всё идёт своим чередом, обдумывать, строить и корректировать планы по захвату своей свободы я буду уже завтра.
Глава 7. Малина Стэр
Я была в ординаторской, когда раздался экстренный вызов по внутренней линии.
- Чего это? - настороженно поинтересовалась Белка, а вообще-то, Белиора Лашш, ведьма с пятого курса, в чьей родословной все уважающие себя предки развивали целительские навыки на благо репутации семейного дела.
И их семейные дела действительно расцветали буйными садами на просторах нашего континента.
Известные клиники Лашш-корр были высокотехнологичными учреждениями, с лучшим профессиональным персоналом и самыми престижными исследовательскими программами. Но прежде, чем попасть в элиту элит, каждому смертному приходилось изрядно потрудиться во благо своей репутации. Даже если он из рода Лашш.
Белка была яркой брюнеткой с зеленющими глазами и совершенно неведьминским характером. Ни природного ехидства, ни вредности, ни бессовестного любопытства в ней рождением и воспитанием не привилось. Зато она являлась крутейшим анастезиологом и микрохирургом, и уже сейчас ее жаждали заполучить в свои ряды не только семейные предприятия, но и конкурирующие компании. Белка же продолжала работать в медкорпусе академии.
