И она тут же принимается излагать Джойс (со своей предвзятой точки зрения) самую горячую в ее восприятии тему: миссис Трабуччи.
Миссис Трабуччи работает в университетском департаменте по работе с абитуриентами, и мы сдружились за прошлый учебный год, встречаясь в коридорах и кафетерии. Это миниатюрная худенькая женщина, такая маленькая, что коллеги в администрации дали ей прозвище Мини-Трабуччи. День, когда я был официально зачислен в УКЛА, выдался адски ветреным, и я, можно сказать, спас ее от удара падавшей прямо на нее огромной ветви дерева.
С тех пор она заботится обо мне как о собственном сыне, интересуется моими достижениями и даже пригласила погостить у нее дома на Рождество, если мне некуда будет податься на праздники. Она угощает меня разными вкусностями собственного приготовления, которые поглощает в основном Купер: он-то защитник, так что может запихивать в себя все, что перед ним поставят. Но, скажем так, моя бабушка довольно ревнива и воспринимает все это как личное оскорбление.
– Но я же тебя люблю, бабуля, – настаиваю я.
– То-то оно и видно!
После секретных переговоров с бабушкой Лювия почти не разговаривает, что меня радует… и в то же время настораживает. Она ставит песню за песней, чередуя хиты восьмидесятых, поп, сальсу и даже кое-что из рока. Бабушка и Джойс щебечут не умолкая, ничуть не смущаясь тем, что вытащили двух невинных молодых людей в это путешествие. В глубине души я надеюсь, что в какой-то момент этой долгой дороги обе они рассмеются и скажут, что все это – не более чем шутка. Смешно мне не будет, но я тут же соберу свои вещички, прихватив достопамятный мяч Супербоул, и с улыбкой на лице вернусь автостопом в Санта-Хасинту.
На заправке в Лейкхеде выхожу только я. Постигаю тайны наполнения топливного бака кемпера, после чего мы продолжаем путь, на этот раз по федеральной трассе 97. Теперь, следуя нашему плану, едем пару часов по прямой до национального парка, но, проезжая через Кламат-Фоллс, я, разумеется, делаю остановку, чтобы все могли выйти и сфоткаться. Денек ясный, и вдалеке отчетливо виден вулкан Аспен-Бьютт.
Я остаюсь в кабине, пока они осторожно переходят через дорогу: Джойс семенит под руку с внучкой. Похоже, что Лювия пытается ее попридержать, чтобы та не спешила, но моя бабушка уже на другой стороне и машет им рукой. Склонившись к рулю, наблюдаю, как они выстраиваются для общего фото, как показывают, куда лучше встать – туда или сюда, сначала так, потом иначе, как они делают снимки, еще и еще, как смеются над чем-то, и я понимаю, что так оно и будет на протяжении всего путешествия.
Пытаюсь разозлиться, убедить себя, что эта сцена и перспектива постоянных остановок у каждой живописной достопримечательности должны привести меня в бешенство. Но… не могу. Штука в том, что очень они забавные. Лювия, как всегда, немедленно берется руководить процессом: ставит Джойс и мою бабушку по обе стороны Аспен-Бьютта так, чтобы казалось, будто они касаются пальцами его вершины. Обе корчат рожицы и принимают позы, которые позже аукнутся их суставам, и несколько раз дублируют снимки, выбирая из них лучшие, и вовсе не торопятся назад.
Я притворяюсь, будто был очень занят проверкой приборов управления и совсем не заметил, что их не было битых десять минут.
– Гляди-ка, Эшер! – Джойс сует экран телефона мне в лицо. – Правда похоже, что я целую вулкан взасос?
– Очень сексуально. Прямо стоп-кадр из порнофильма.
– В самую точку!
Она показывает мне еще несколько фотографий, а я делаю вид, что не видел, как они позировали для каждой из них, и заявляю, что больше всего мне нравится селфи, где Лювия моргнула.
К тому моменту, как мы выезжаем на шоссе, напряжение в кемпере несколько рассеивается, и только тогда я осознаю, насколько гнетущей была атмосфера до этого. Лювия снова заняла переднее кресло рядом с водителем – место штурмана и хранителя карты, но теперь развернулась назад, слушая болтовню бабушек и вставляя свои комментарии. Кажется, она стала более… оживленной, чем прежде.
– Музыка, – роняю я, недолго думая.
Лювия хлопает глазами и переводит на меня взгляд – несомненно, я застал ее врасплох.
– Чего?
– Ты ее не… – Я указываю на радио. – Молчит. – Ну и ну. Класс. И зачем я только открыл рот, чтобы сказать очевидное? – Если тебе наскучила роль диджея, выключи блютус, чтобы я смог выбрать радиостанцию.
– И ты поставишь что-нибудь пацанское, типа Тупака или Канье Уэста? Нет уж, спасибо.