– Ё-моё, ба, ты, похоже, переборщила с сувенирами. На весь город накупила?
Несколько раз оглядываюсь. Она права, на полу до фига разных вещей. Остается только надеяться, что это следствие лихорадки компульсивных покупок, которая обычно случается на старте путешествия и сходит на нет к ее концу. Потому что к экватору до тебя доходит, что весь отпускной бюджет ты спустил на какую-то чепуху.
Отвлекаюсь от дороги всего на секунду, на одну чертову секунду, когда Лювия становится на четвереньки, чтобы поднять что-то закатившееся под стол, но, когда взгляд мой возвращается к дороге, незавершенное предупреждение официантки Сьюзан наконец обретает смысл.
Прямо перед нами на полосе – гребаный олень. Огромный, коричневый, он стоит, навострив уши, и смотрит на движущий прямо на него кемпер бездонными черными глазами.
– Вот черт!
Топлю тормоза в пол, выворачиваю руль влево, на обочину, чтобы не задеть животное. Кажется, в последний момент я его все-таки объезжаю, колеса визжат, на асфальте наверняка останутся следы, но в этот момент я слышу за спиной сдавленный крик Лювии. Дерьмо, вот дерьмо.
Не снимая ноги с тормоза, отпускаю руль, в продолжение маневра отстегиваю ремень безопасности и разворачиваюсь назад. По какой-то космической удаче Лювия летит прямо на меня, и я ловлю ее, как могу. Прижимаю ее к себе одной рукой, не позволяя влететь в лобовое стекло, другой вцепляюсь в руль и через несколько метров как-то исхитряюсь остановить машину.
Я на встречной полосе, и весь кемпер содрогается, когда мы наконец останавливаемся… зато, кажется, я не убил никакого Бэмби… по крайней мере, я на это надеюсь, черт возьми.
Несколько секунд не могу выговорить ни слова.
– Бабуля? Джойс?
Слышу их стоны.
– С нами все в порядке, Эшер, мальчик мой… Что, черт возьми, это было?
На мгновение откидываю голову на спинку кресла.
– Олень. Посреди дороги.
– Ой, точно, вон он, вон там – белый хвостик! – восклицает Джойс. – В лес уходит. Должна отметить, очень неторопливо.
В таком случае это олень-рецидивист, давно привыкший до смерти пугать посетителей национального парка. Неужто официантка Сьюзан не сочла необходимым задержаться на долю секунды, чтобы закончить фразу? «Остерегайтесь оленей-камикадзе». И все. Нам бы хватило.
Тут я чувствую какое-то жжение в руке, которое расползается до плеча, – это Лювия вонзила в меня ногти.
– Эшер, – бормочет она.
Прижалась ко мне спиной, голова впечатана в мое плечо, одна нога упирается в мое сиденье, другая – в соседнее, старается сохранить равновесие. Мне видна только ее макушка.
– Ты как? Я тебя не убил, а?
– Вот еще, – отвечает она. Ногти ее отцепляются от моей кожи, скользят вниз. К запястью… и немного дальше. И в этот момент до меня наконец доходит, где моя рука, за что она ухватилась в стремлении остановить ее падение. – Но думаю, мне понадобится реабилитация левой груди.
Оставшаяся часть пути до кемпинга проходит в гробовом молчании. В голову мне лезут комментарии Трэвиса, Купера и Дуайта, которые могли бы родиться, окажись они свидетелями этого непреднамеренного лапания. Да они помирали бы со смеху надо мной до самого окончания универа… особенно над тем, как я отдернул руку от груди Лювии, словно коснулся не одной из самых привлекательных частей женского тела, а таракана.
Когда зудит та самая рука, я сильнее сжимаю руль. Когда кажется, что Лювия на меня косится, отворачиваю голову и пялюсь на дорогу, как будто от этого зависит моя жизнь. В общем-то, так и есть: что, если снова выскочат дикие звери?
А Лювия, если честно, подавленной мне не показалась. Встала на обе ноги, как только я ее отпустил, удостоила меня взглядом через плечо и пошла в туалет. Представляю, как она там перед зеркалом задирает топик, чтобы зафиксировать ущерб, и видит отпечаток моей пятерни на груди. Вдруг у меня возникает горячее желание догнать того самого оленя и двинуть ему как следует в лоб.
К тому же страшно захотелось увидеть эту сцену своими глазами, но что тут скажешь: по уровню идиотизма мне явно нет равных.
Через полчаса после испугавшего нас всех происшествия мы покидаем национальный парк через северный выезд, и вот уже «Литтл-Хазард» тормозит под кронами ровного строя красивых деревьев на парковке кемпинга «Даймонд-Лейк», в двух шагах от одноименного озера. И хотя это озеро значительно меньше и мельче, чем Крейтер-Лейк, оно стало Меккой для рыбаков, особенно для любителей радужной форели. Я в курсе, ведь мой дед ездил сюда каждый год, чтобы принять участие в конкурсе рыбной ловли, и у нас дома стоят его трофеи.
Вылезаю из-за руля и еще раз, теперь уже собственными глазами, убеждаюсь в том, что бабушка и Джойс не пострадали от моих маневров.
– Мы были пристегнуты ремнями безопасности, – вновь заверяет меня бабушка, указывая на крепление, торчащее из кожаной спинки кресла. – Чтобы мы хоть что-то заметили, тебе пришлось бы перевернуть машину вверх тормашками.