Гляжу на наш с Джастином чат. От него ничего не слышно уже пять дней, хотя, если честно, я тоже ему не писала. Последними так и остались мои сообщения, отправленные сразу после того, как он рассвирепел из-за моего «объятия» с Эшером на парковке «Фрости».
Это была подстава Эшера. Он хотел поговорить со мной о путешествии, потому что ему такая перспектива тоже не улыбалась.
Он не мой герой в городе, ты же знаешь.
Почему бы тебе не прийти ко мне домой? Приглашаю на ужин: и поговорим, и побудем вместе перед моим отъездом.
Пжлт, совсем не хочется ссориться.
На несколько минут зависаю на этих сообщениях и пустоте после них. Двое не станут игнорировать друг друга, если только кто-то из них в этом не заинтересован. Но ни один из тех вариантов, что приходят мне в голову по этому поводу, мне ни разу не нравится. Ни сделать вид, что этих сообщений не существует (потому что удалить их – не в моих силах), состряпав для него инструкцию по уходу за моей фиттонией, ни упомянуть их, написав, как я рада, что мы все решили, ни что-либо еще.
Проверяю сообщения от Тринити (в моем телефоне она значится как «Королева Трин»). Сегодня от нее пришло уже несколько: забавные, и я улыбаюсь. Мы переписываемся каждый день, что вовсе не новость: даже, когда она сдавала экзамены и в Рино случилась та катастрофа[22], мы не теряли связи. Она говорила, что наши видеозвонки придавали ей сил, необходимых, чтобы выжить в том аду.
Приве-е-е-е-е-ет!
Сама знаешь, что я жду твоих отчетов с периодичностью в несколько часов, чтобы констатировать твою несмерть и несмерть твоего попутчика.
Иду смотреть «Классный мюзикл»[23], буду скучать по тебе еще больше.
А помнишь, как нам нравился Зак Эфрон?
Что с ним теперь? Сейчас поставлю «Спасателей Малибу»[24] и буду плакать.
В конце ее сообщений – целый ряд эмодзи: сердечки, черепа, кемпер, рожицы испуганные, рожицы плачущие, взрыв, рожицы блюющие, микрофон.
Делаю глубокий вздох – мне уже лучше. Наконец проверяю остальные уведомления: ни одно меня не удивляет, потому что они часто повторяются. Три пропущенных звонка с одного и того же номера и четыре имейла цепочкой с одного и того же адреса. Игнорирую их все.
Кладу голову на кожаный подголовник и позволяю всем мыслям соскользнуть с плеч на пол, словно жакет, который стал тебе великоват. Такой прием я видела на одном психологическом канале в ютубе. Работает? Да ни хрена.
Сейчас мы уже в округе Кутенай, намного севернее Айдахо. Проедем еще пару часов – окажемся в Канаде. Здесь настолько безлюдные земли, что я даже слазила в интернет, посмотрела, какова здесь плотность населения. Оказалось, что тридцать четыре человека на квадратный километр. А я-то всегда думала, что это Санта-Хасинта расположена посреди ничего, в самой заднице мира.
Тем не менее на сегодня и завтра у нас запланировано много всего такого, чего я с нетерпением жду. В Портленде тоже было классно, мы даже посетили чудесные японские сады (Эшер ждал нашего возвращения в баре – не захотел проверять, нет ли там опасных для него аллергенов), да и Орегон, надо сказать, тоже суперский. Но должна признать, что чем ближе мы к самым сельским штатам, тем больше я волнуюсь. Открывающиеся нам пейзажи становятся все более суровыми, более первозданными, и меня охватывает ощущение, что мы все дальше углубляемся в не изведанные никем земли.
Пользуясь тем, что Эшер пока еще не закончил свои упражнения, а бабушки неторопливо завтракают снаружи, я надеваю одно из своих самых прозрачных платьев, а под него, в виде компенсации, бикини, потому что предвижу – хочу я того или нет – обязательно намокну. Поправляя верхнюю часть купальника, прихожу к неутешительному выводу, что, как бы я ее ни надела, один небольшой синяк все равно виден. Люди подумают, что ко мне присосался домашний осьминог или же что я – любительница жесткого секса.
Будь проклят этот Эшер и его гигантская лапища.
Тут у меня в памяти всплывает выражение его лица в тот вечер, когда он заметил, как я беру из холодильника лед и подавляю вздох. Тогда открылось маленькое оконце, через которое я увидела прежнего Эшера. Того, кто, несмотря на постоянно генерируемые им тысячу и один способ, как бы получше меня подколоть, неизменно был рядом, едва я попадала в беду. Ну да, я в курсе, звучит довольно невнятно и противоречиво: двое подростков, которые вроде как с виду терпеть друг друга не могут, в критические моменты – лучшие друзья. Даже Трин этого не понимает.