Выслушиваю столько гудков, что уже готова отключиться, когда он все-таки берет трубку. В мое ухо врывается взрывная волна такой силы, что я вынуждена отвести телефон подальше. Стою, прислонившись спиной к церковной стене, а весь народ кучкуется в окрестностях школы, так что вокруг меня – тишина и спокойствие маленького городка на пороге ночи.
Несколько мгновений не отрываю глаз от телефона. Похоже на самый настоящий концерт в присутствии публики.
– Джастин?
– Привет! – орет он в трубку. – Лювия?
– Привет, э-э-э… Мне не очень хорошо тебя слышно.
– А, ну да, тут такое дело… Чувак, чувак, стой! – Проходит несколько секунд, в течение которых мне кажется, что он положил телефон и отошел, потому что теперь я вообще ничего толком не слышу. Потом он возвращается. – Секундочку, я сейчас выйду.
Почти бессознательно сползаю по стене вниз, сажусь на землю.
– Да, конечно.
Проходит не меньше трех минут, наконец музыка немного стихает. Теперь слышится частое дыхание Джастина. Долгий-долгий вздох, и я словно вижу, как он проводит рукой по волосам, отбрасывая непокорный чуб.
– Извини, детка, ты позвонила в самый разгар.
– Ничего страшного. – Начинаю почесывать голые коленки. – У нас в городе что, праздник?
– У нас в городе? – повторяет он, и голос его звучит как-то странно. – Вот черт! А разве я тебе не говорил?
– Говорил о чем?
– Ну, ты же знаешь, что Кайл и его предки обычно проводят каникулы в Малибу, верно? В доме его богатеньких дяди и тети. Кайл давно уже приглашал меня поехать с ними, но все как-то не получалось… – Он не договорил, но в порядке самоистязания мой мозг восстановил опущенное: «Все каникулы я проводил с тобой. Прошлое лето, Рождество, Пасху…» – И знаешь, выбирая между тем, чтобы торчать в городе, помирая от скуки, и бесплатным отдыхом в Малибу, как я мог отказаться?
Предполагается, что теперь моя очередь что-то сказать. Нужно привести в порядок столько мыслей, перебрать столько доступных в этой ситуации формулировок, что я выпаливаю самое очевидное:
– Так ты в Малибу?
– Я только что тебе это сказал, разве нет? Ясное дело, далеко не так заманчиво, как твое путешествие по всей стране…
– Да нет, это классно. Очень за тебя рада. И вы, конечно, классно проводите время.
Слово «классно» я использовала дважды. Прикрываю глаза. Черт, почему все выходит так неловко? Почему я чувствую давление на себя, почему мне так тяжело, словно я прохожу какое-нибудь треклятое собеседование у работодателя, а не просто разговариваю со своим парнем?
– Не могу жаловаться, – слышу в ответ.
Понимаю, что он намеренно не пускается в детали: хочет, чтобы я сама его расспрашивала. Но, как только я начну задавать вопросы, он будет шпынять меня за излишнее любопытство по поводу того, что он делает или где находится. В общем, начнет выпендриваться, чего в его поведении, между прочим, не наблюдалось, когда мы встречались первый год, и это наводит меня на мысль, сколько же времени прошло уже с тех пор, как Джастин был простым и понятным и мне с ним было хорошо и спокойно.
Когда был наш последний разговор по телефону или вживую, при котором мне не приходилось мучительно раздумывать над каждым словом? Когда в последний раз мне не нужно было тормозить, чтобы подумать, подходящий ли сейчас момент его обнять, поцеловать или к нему приласкаться: вдруг он сейчас не в настроении?
А когда мы с ним в последний раз спорили? Спорили по-настоящему, когда страсти кипят, когда оба мы говорим то, что приходит в голову, а не так, что говорит только он, а я – сижу и слушаю его разглагольствования.
Я, кажется, слишком долго молчу, и он прочищает горло.
– Ну… так ты звонишь по какому-то конкретному поводу?
Одна моя часть хочет ответить: «Да нет, что ты, я только хотела узнать, как ты поживаешь».
Другая – та, что обычно тише воды, ниже травы, когда дело касается Джастина, произносит:
– Если честно, то да. Я в путешествии уже почти две недели, а ты написал мне всего один раз, чтобы обсудить, во что я одета. Для тебя это норм? Все хорошо?
Бум, бум, бум, бум…
Сердце стучит как сумасшедшее.
Слышу какое-то фырканье, похожее на смешок.
– Слушай, как по мне, это работает в обе стороны. По крайней мере я тебе написал. А что насчет тебя?
– Но ты сделал это не по тем причинам. У нас с тобой вообще все пошло как-то странно после того, как ты обиделся из-за моей поездки, и я не…
Тут он меня перебивает, как и всегда:
– Все пошло как-то странно потому, что ты сама этого захотела. Не я в одностороннем порядке принял решение взять и куда-то уехать. Знаешь, я мог бы остаться на это лето в Бостоне и пройти стажировку в отличной компании. Вместо этого я поехал домой, потому что мы так договорились.
На мгновение я теряю дар речи.
– Нет… Я ничего не знала. Ты мне не говорил.
– Конечно не говорил – как я мог это сделать? Ты же всю гребаную весну капала мне на плешь, рассказывая, как ты по мне соскучилась и как тебе необходимо… Как там дальше? А, ну да. Как тебе необходимо, чтобы все стало как прежде. И что же я, по-твоему, должен был делать, Лювия?