— Кости срастутся к тому времени, как он попадет домой, но срастутся не правильно, так что Джорран, возможно, всю оставшуюся жизнь будет слегка хромать, да и формой носа будет не особенно доволен. Но я почти не сомневаюсь, что он рано или поздно найдет медитек и полностью излечится. Даже если он никогда больше не покинет своего дома, на Сенчури прибывает немало туристов, восторгающихся древними культурами, и на каком-нибудь современном корабле обязательно окажется медитек.
Бриттани всмотрелась в Джоррана через прозрачное стекло. В ответ он умоляюще уставился на нее. Должно быть, хочет, чтобы она помогла ему. Пытается сыграть на ее сочувствии. Хороший актер, можно сказать, прекрасный, идеально подходящий к роли злодея. Но ничего он от нее не дождется. Реальность или нет, не имеет значения, ее волновало лишь одно: действительно ли Далден способен на жестокость. Оказалось, что нет. Просто пытался вершить правосудие, которого, как он считал, нельзя дождаться от соотечественников Джоррана. Что же, и это логично. Благородные герои так и должны поступать.
Она сняла перед Джорраном воображаемую шляпу и с улыбкой обернулась к Далдену:
— С нетерпением жду финала. Итак, когда мы отправляемся на Ша-Каан?
Они и вправду отправились на Ша-Каан. По крайней мере хотели, чтобы она этому поверила. Объявление было сделано. Все его слышали.
Бриттани в это время находилась в покоях Даддена и смотрела в окно. Прежде за ним была вода. Теперь же — бездонное космическое пространство, сверкающее звездами.
После объявления звезды стали двигаться. Поразительная имитация корабля, летящего через космос… Должно быть, они располагают очень длинным экраном, дающим такую иллюзию.
Ах, у нее голова раскалывается от мыслей! Она не хочет больше думать об этом. И без того на душе тяжело. Хотя Бриттани не верила, что покидает Землю, все же испытывала странное чувство разлуки, совсем не такое, как когда впервые уезжала из дома. Пусть она нечасто возвращалась в Канзас, чтобы повидаться с родными, но все же могла в любой момент сесть в машину и отправиться в родные края. Сознание того, что у нее всегда есть выбор, придавало уверенности в себе. Здесь же ни о чем подобном не могло быть и речи.
Позади тихо открылась дверь. Бриттани услышала шорох, но даже не повернулась посмотреть, Далцен это или нет. Ее охватила нечеловеческая усталость. Чересчур много эмоций, сомнений, страхов, и почти все сосредоточены на нем.
Перед ней стоял Далден. Выглядел он озабоченным, вероятно, потому, что она была на грани истерики. Неужели он настоящий? Но как же это все возможно? Варвар из другого мира — такое просто немыслимо! Неужели он сам верит в этот бред? Но если они способны стереть ее воспоминания, значит, могут внедрить в его мозг несуществующую информацию, вернее, целую вселенную образов и картин, чтобы заставить посчитать себя кем-то другим. Уж лучше это, чем узнать, что он всего лишь еще один актер в этом «спектакле».
— Значит, ты вопреки своим утверждениям вовсе не смирилась с происходящим? — спросил он.
— Я знаю, что все это игра, — глухо ответила Бриттани. — Ты утверждаешь обратное. Должно быть, кто-то из нас неадекватно воспринимает реальность.
Руки Далдена легли на ее плечи, притянули ближе, так что их тела почти соприкасались. Ей пришлось откинуть голову, чтобы встретить его взгляд. В прекрасных янтарных глазах плескалась печаль.
— Я не могу сделать так, чтобы все исчезло, — прошептал он. — И не хочу. Это означает, что мы должны расстаться, а я никогда на такое не пойду.
— Имеешь в виду те способы, которыми Марта заставляет людей забыть все, что было?
— Да.
— Мне тоже этого не хочется.
Она положила голову ему на грудь и крепко обняла.
— Если я поверю и признаю, что все это правда, значит, придется привыкнуть к тому, что больше никогда не увижу родных. Неужели ты не понимаешь, как ненавистна мне эта мысль?
— Ты ошибаешься! Ваша звездная система очень далека от нашей, но все же вполне достижима. Если пожелаешь, мы прилетим обратно, навестить твоих родителей.
— Ты это всерьез? — с надеждой пробормотала Бриттани.
— Я не разорву твои связи со всем, что тебе дорого, просто немного ослаблю их, и это естественно. Теперь у тебя новая семья. Теперь у тебя есть я.
Опять он творит чудо, легко разгадывая ее мысли, словно вживаясь в чувства и разделяя их. Судя по словам Марты, сам он лишен эмоций, но, очевидно, знает, как управлять ее собственными. Всего несколько слов, и с ее души свалилось тяжкое бремя. Такое бывало не впервые. В его присутствии она становилась совсем другой. Стоило ему посмотреть на нее, прикоснуться так, словно дороже ее нет ничего на свете, сказать то, что она жаждала услышать… Неудивительно, что Бриттани влюбилась в него без памяти. Пусть Далден не любит ее и вообще не способен любить, зато знает, как сделать, чтобы она ощутила себя любимой. И с каждой минутой он все более властно завладевал ее сердцем.
Специально? Намеренно? Часть плана?
