– Нет, замолчи, – огрызнулся он и вцепился в мои локти. – Почему он, мать твою?! Всю свою жизнь, всю жизнь я посвятил тебе! Я был рядом! Не
– Ты делаешь мне больно, – хрипло произнесла я, борясь со страхом. – Виталик, что с тобой такое? Да, мы были вместе, но разошлись. Так случается, когда люди не подходят друг другу или когда лучше просто сохранять дружеские отношения, – как можно спокойнее объяснила я.
– Ты мне подходишь, Агата! Только ты, черт возьми! – он снова уцепился мертвой хваткой.
Теперь паника охватила меня целиком. Я начала озираться в поисках людей, но, как назло, ни души вокруг.
– Что мне сделать, чтобы ты выбрала меня? Что он предложил тебе такого, на что не способен я?!
– Виталь, пожалуйста, остынь и убери руки. Ты меня пугаешь.
В ужасе я заметила слезы, бегущие по его узкому лицу. И сердце мое готово было ему посочувствовать, но инстинкт самосохранения пока одерживал верх. Я осторожно вырвала руку и вытерла его слезы. Пальцы тряслись, но я постаралась улыбнуться, утешить его.
– Если бы я могла выбирать, Виталь.
– Ты можешь! МОЖЕШЬ! Но ты решила уничтожить меня, унизить! – выплюнул он громко, так, что сорвался на хрип.
Я отдернула руку.
– Господи, да никогда я подобного не делала! Я тоже всегда рядом с тобой, Виталя, но в качестве друга! И раз уж на то пошло, нет, я не могла выбирать! Разве можно приказать сердцу любить другого?!
– Значит, все мои подозрения оказались правдивы! Ты лгала мне! Ложилась со мной, а сама любила его все это время?! – его голос срывался, Виталик размахивал руками перед моим лицом.
– Я не…
И почему слышать это так больно? Почему потекли слезы?
– Это не так. Я всегда уважала тебя.
Глаза Витали сделались стеклянными. Он приоткрыл рот, словно задержав дыхание, а потом схватился за голову, истерически смеясь.
– Уважала? – хихикал он, а я в свою очередь пятилась назад. – Вот спасибо, крошка, это именно то, что мне было нужно. Что, боишься? Иди сюда, девочка моя, не уходи.
– Я не хочу продолжать этот разговор, – ответила я, отдаляясь. Я повернулась к выходу и торопливо зашагала вперед, хотя колени уже дрожали от страха.
– Но ты его продолжишь, – зловеще приказал он, догнав меня и развернув к себе. – Выбор у тебя невелик. Я не могу жить без тебя. Я не отдам тебя ему. Не могу.
– И что? Убьешь меня или его? – усмехнулась я, но, когда губы Витали не дрогнули, когда до меня дошло, что он действительно что-то задумал, я сделала шаг назад, споткнулась о корень дерева и рухнула вниз. – Ты болен, Виталь.
– Болен тобой, Агата, с самого детства. Ты всегда была рядом. Крошка с длинными белыми волосами, огромными глазами цвета озерного льда. Помнишь, когда нам было по пять лет, ты заставляла нас играть в «свадьбу»? А Бозину и Диму делала свидетелями. Бабки-соседки пророчили нам брак. А как ты боялась страшилок о привидениях и грома! К кому ты бежала, чтобы укрыться? Ты всегда говорила, что со мной тебе не так страшно!
– Нет, не приплетай меня! – Я ползла на локтях и пыталась подняться, Виталя же медленно шел следом, жутко, надменно глядя на меня. – Я не виновата в твоей одержимости и никак не способствовала ее развитию. Ты всерьез вспоминаешь события пятнадцатилетней давности? Да я еще умножать не умела, когда играла в эти игры!
– Не ты ли трахалась со мной несколько ночей кряду?
– Да, это было ошибкой. Но тогда таковой не казалось, потому что я даже в мыслях представить не могла, что однажды…
– Таки потрахаешься с Красильниковым? Да. Точно. Надо было поджечь ему не джемпер, а брюки, чтобы он забыл про секс. Или откинулся вовсе, – фыркнул Виталик.
Поджечь джемпер?
Я все же поднялась на ноги, пошатываясь. Руки были перепачканы в грязи, как и вся одежда. Встав напротив Виталика, я осознала, что страх потихоньку улетучивается и нарастает ярость. Это он поджег Даню в церкви!
– Так это был ты?! Господи, а клуб? Тоже ты? – Я вторила его повышенному тону.
– И еще много чего я, и что? Теперь путь к твоему сердцу точно закрыт?
Безумная улыбка на его лице. Виталик чуть нагнулся, зацепившись жадным взглядом о мои губы.
– Оно никогда не принадлежало тебе. Ты чертов псих! Маньяк! Я ведь старалась быть верным, чутким другом! Я не бросала тебя и не давала обещаний! Не вредила тебе и твоим близким, черт подери! А ты украл мой первый поцелуй, мой первый раз… я не виновата, что не люблю тебя, я люблю Даню! – проорала я. Галки над нами взмыли в небо и раскричались. – Да. Я люблю его, – увереннее и спокойнее заявила я.
– А он тебя любит, Агата? Что он делал без тебя все эти годы? Жил себе спокойно, вот что! Строчил брехню в письмах, чтобы ты, наивная девчонка, продолжала верить в то, что нужна ему!
– Ну, конечно! Это ты крал письма? – я истерически хохотнула, куртка и штаны чуть намокли, отчего стало холодно и застучали зубы.
– Поверь, ничего интересного ты бы в них не нашла. Да и одно письмо до тебя все-таки дошло, – Виталя ухмыльнулся, и тут до меня дошло.
