– Агат, а почему бы нам не съехаться?
– А? – испуганно взглянула на меня она.
– Нет, если ты не готова, так и скажи, просто… с нашими графиками мы так и будем видеться дай бог два раза в неделю. А я бы хотел, чтобы ты была рядом. Я не подразумеваю женитьбу и прочие обязательства, просто хочу, чтобы ты не чувствовала себя одиноко.
– Даже не знаю… ты уверен? – Агата присела на стул.
– Уверен. Если я тебе буду надоедать, к примеру, ты всегда сможешь устроить себе отпуск и вернуться в Саларьево, – усмехнулся я.
– А почему это именно мне к тебе переезжать, а не наоборот? – задумалась Агата, задав вопрос без наезда, а с натуральным интересом, пока разувалась и освобождала пакеты.
– От моего дома до центра пятнадцать минут. От тебя почти час.
– Но работаю я в своем доме, ты ведь знаешь.
– Необязательно же прям завтра переезжать, в течение месяца можем решить все вопросы. Или двух. Мм?
– Я подумаю. Но идея мне очень нравится, – Агата улыбнулась, глаза ее действительно светились радостью.
Той ночью мы строили глобальные планы. Я мечтал показать Агате мир и хотел начать хотя бы с собственной страны – съездить летом на море.
– Я никогда не видела море… – прошептала она мне в шею. – И горы не видела. Даже не верится, что теперь у меня появился шанс путешествовать.
– Потом съездим в Питер, в Карелию, на Алтай. А через лето можно задуматься о загранице.
– А разве госслужащим можно выезжать из страны?
– Честно говоря, не задумывался над этим вопросом. Я уточню.
Агата рассмеялась, уткнувшись носом в ямочку между плечом и ключицей. Я прижал ее обнаженное тело к себе и поцеловал в кончик уха.
– Чего смеешься?
– Да просто поверить не могу. Ты – мой. Лежим в твоей постели и планируем будущее. Ты называешь такие места, о которых я почти ничего не слышала, зато видела много картинок. Знаешь, раньше были такие доски желаний? Я как-то делала подобную, только не могла повесить на стене – стыдно было. Вдруг дед или Мартыныч увидят, поднимут на смех. Там были фотографии римского фонтана, Черного моря, Кафедрального собора и наш с тобой рисунок. А еще собака мопс и набросок магазина с моими рукодельными штуками.
– Что нам мешает воплотить эту доску в жизнь, а?
– Ничего? – с придыханием спросила Агата, приподнявшись на локтях.
– Ничего, – твердо ответил я.
– А не надоем я тебе, Дань?
– А ты не забегай вперед, – хохотнул я.
Агата громко шлепнула меня по голой груди, и я шикнул от боли.
– Давай просто жить, хорошо? Без всяких «а если».
– А если… – завела Агата с игривой улыбкой.
Я схватил ее за талию, повалил на спину и накрыл своим телом. Восхищался ее нежной кожей, округлыми формами как в первый раз. Ее податливости и ласке. Я оставил по поцелую на каждом сантиметре ее плоского живота, дошел до груди и, чувствуя нестерпимое возбуждение, провел по ней языком. Агата извивалась подо мной и повторяла мое имя.
О лучшем дне рождения я действительно не мечтал.
Агата
Ладно, пожалуй, я готова признать, что Москва не так плоха, как я о ней отзывалась. Во-первых, этот город не перестает удивлять. Здесь столько разных развлечений, что все и не испробуешь! Заскучать здесь невозможно, тем более мне, девчонке, которая кроме дойки, уборки и готовки ничего в жизни не видела. Даже взять церкви – у нас в деревне одна на три села, а здесь почти на каждом углу храмы сказочной красоты. Недавно, кстати, в одном из них поставила свечи за упокой и «рассказала» дедушке о том, что я послушалась его. Поблагодарила за возможность, которую он предоставил мне, ограничивая себя в средствах.
Грандиозные планы, которые мы построили в день рождения Дани, начинали осуществляться. Признаюсь, сначала мне было забавно обсуждать наше будущее. Мы с Настей в детстве любили развалиться на бетонных плитах и мечтать. Смотрели в небо и с непоколебимой уверенностью считали, что увидим мир, встретим любовь, вместе отправимся на море (до того, как я осознала, что вряд ли выберусь из деревни). Обсуждая это с Даней, я воспринимала все так же, как и разговоры с Настей на плитах, – приятно иногда помечтать, но на этом все. Поболтали, напредставляли себе красивых картинок будущего, а потом вернулись в реальность. Каково же было мое удивление, когда Даня всерьез занялся поиском тура на море.
Я чувствовала себя самозванкой. Не заслужила я такого! Может, это сон? Не могла же жизнь так круто повернуться ко мне лицом, после того как столько лет показывала зад.
Слова Виталика продолжали свербеть в голове. Я постаралась прислушаться к Насте и Дане, жить сегодняшним днем и наслаждаться тем, как этот день проходит. А дни и правда были хороши. Только тревожность подкрадывалась, нападала со спины, хватала за голову и нашептывала угрожающе: «Скоро, скоро твое сердце снова разобьют!» В такие моменты я замыкалась, бродила одна по незнакомым улицам, изучая район, где жил Даня.
