Серебряная кровь полностью

– Вчера ночью он сказал, что согласен, – возразила я, надеясь, что он не успел передумать за ночь. – Ему нужно пойти туда как можно скорее, чтобы Паулос Пэнде прогнал эту итьясаари из разума Абдо, пока она полностью не подчинила его себе. Она может заставить Абдо сделать что угодно, даже убить Паулоса Пэнде или самого себя.

Найя бросила взгляд через плечо, из ее квартиры доносилась ругань.

– У моей семьи сложные взаимоотношения с Чахоном, – вздохнула она. – Но я докажу им, что это необходимо, даже если мне придется нести Абдо до храма на собственной спине.

Она развернулась и стала подниматься по ступенькам, не оглядываясь. Ее племянницы и племянники смотрели на меня круглыми глазами. Я решила, что им нужно узнать о беде, в которую угодил их кузен. Чем больше людей было в курсе, тем лучше.

– Абдо нужен Храм Чахона так сильно, как будто… будто он объят огнем, – проговорила я по-порфирийски, надеясь, что они хотя бы поймут чувство, которое я вложила в свои слова. Дети серьезно кивнули, и уголки их губ напряглись, будто они припрятывали смех на потом.

Он раздался еще до того, как я спустилась с лестницы.

Я вышла на залитую солнцем улицу в изрядной задумчивости. Нужно было чем-то занять себя, иначе мне предстояло весь день мучиться от беспокойства за Абдо. К счастью, мне предстояло найти дядю и еще пять итьясаари – без помощи Паулоса Пэнде и, как я подозревала, наперекор его воле.

Я как раз размышляла, с чего бы начать, когда поняла, что кто-то зовет меня по имени. Я обернулась и увидела прыщавого мальчика в красной остроконечной кепке. Он стоял на пороге дома Найи; я только что прошла мимо него. Мальчик сверкнул широкой улыбкой и заговорил, преувеличенно медленно произнося каждое слово и вытягивая губы, словно лошадь:

– Вы иностранка, которая живет у Найи? Серафина?

– Да, это я, да, Серафина, – выговорила я. Он сделал странный поклон, напоминающий искаженную версию нашего южного реверанса, и вручил мне металлическую коробочку размером с маленькую книжку. Посланник указал на нарядную защелку, с помощью которой эта штука открывалась. Изнутри она состояла из двух плоских поверхностей, покрытых воском, на них были выцарапаны слова на гореддийском:

Серафина, приветствую вас и прошу вашего внимания.

Ингар сейчас спит. Я не давала ему уснуть почти всю ночь. Задавала вопросы о его жизни, заставляла вспоминать разные ее эпизоды. Смысл в том, чтобы поддержать его и показать, что он может жить без Джаннулы, а также чтобы утомить его и гарантировать хороший сон. Она часто возвращается, и мы должны принимать все меры предосторожности. Пэнде не очень обрадуется, если ему придется прогонять ее второй раз.

Насколько я понимаю, Ингар оставил свой багаж у Найи и тот по большей части состоит из книг. Ему совершенно необходимо чем-нибудь себя занять – видят боги, иногда мне все-таки нужно спать. Вы не могли бы принести эти книги в дом Пэрдиксис? Это стало бы для нас настоящим благословением.

Камба

Когда я снова подняла взгляд, посланник в красной кепке широко улыбался. Нужно ли было ему платить? Кажется, он просто ожидал, чтобы я вернула ему коробочку.

– Будете отвечать? – спросил он. Я покачала головой.

Разумеется, вещи Ингара были в квартире на пятом этаже, но мне не хотелось снова сталкиваться с семьей Абдо, особенно после того, как меня оттуда бесцеремонно вышвырнули.

Однако мне в голову пришла другая книга – трудная и зашифрованная, – которая могла занять Ингара на некоторое время. Нужно было достать ее из томика Ормы, лежащего в Библиагатоне, принести Камбе, узнать, где найти других итьясаари (Камба наверняка знала), и заняться поисками всерьез.