– Здравствуй, Грин, с каждой весной ты становишься мужественнее… – Нуар приложила алые губки к мундштуку кальяна и в глубине его прозрачного пузика что-то забулькало. – Хочешь?
– Здравствуй, Нуар, я не курю.
– И не пьёшь?
– Если только стаканчик водки.
– С хлебушком и селёдкой? – улыбнулась Нуар.
– Спасибо, не голоден! – Грин держал дистанцию.
Нуар хлопнула в ладоши и что-то на тарабарском языке сказала высоченному чернокожему слуге. А может, это был и не просто слуга… Очень скоро в комнату вплыл мальчик, из одежды на нем болтались только шаровары. Он поклонился Нуар, а перед Грином поставил серебряный поднос со штофом водки. Грин сказал спасибо и хлопнул водку, не закусывая, хотя мелко порезанный лимон на блюдечке имелся. Нуар всасывала и выдувала дым, и улыбалась, глядя на Грина. Молчание затягивалось и молодому человеку с улицы становилось душно в этой роскошной комнате с этой роскошной женщиной, которая так не похожа на Риту.
– Мне нужен ром, то есть у меня есть ром и добрый ром… нужно сделать так, чтобы он гарантированно валил с ног… но не сразу, часа через два после первого глотка… так чтобы выпившего вырубало на ночь или на сутки…
– Как много условий ты ставишь… – Нуар подмигнула Грину, – всем девушкам или только мне?
– Назови цену.
– Это зависит от того, зачем тебе нужен такой ядрёный ром.
– Это секрет.
– Больше всего на свете я люблю секреты… – в её аккуратно подведенных тушью глазах, читалось нечто большее, чем просто тяга к тайнам. – А вдруг ты хочешь устроить покушение на нашего мэра?
– Мэр мне не интересен.
– Герцога Ардо?
– Пускай идет лесом.
– Но ведь и не на грузчиков в порту и не контрабандистов с Лихого острова ты потратишь этот чудной ром?
– Обойдутся.
– Люди в мундирах?
– Возможно.
– Обожаю военных, но меньше чем тайны, которые хранит это пламенное сердце.
Грин не уловил этого движения – Нуар из расслабленной и томной красавицы вдруг превратилась в красавицу стремительную, как… кобра, хотя кобры… кажется, не так быстры и уж точно не так… горячи… её рука уже шарила у него по груди…
– Дай послушать, как оно бьётся… – она прильнула к нему, – …не обо мне…
Грин стал глубже дышать, а когда стало и вовсе невмоготу, произнес:
– Нуар.
– Тс-с! – её обжигающее дыхание коснулось уха Грина, а потом её губы вытянулись и…
Он отпрянул.
– Я хочу добыть серебряную лилию! – лучше потерять секрет, чем потерять себя.
Нуар резко повернулась, ткнула в один из балдахинов пальцем и произнесла таким холодным тоном, что Грину стало несколько легче:
– Ты этого не слышал! А теперь вон!
Балдахин заколебался. Нуар, видимо, отсчитала положенное время для убытия кое-кого в секретные покои, и снова повернулась к Грину.
– Это слова не мальчика, но мужа. Ты хочешь подарить серебряную лилию девушке?
– Тебя интересует имя?
– Никто не знает на улицах Гиля, что добрая половина молодых людей, из тех, кто не посещает меня… – она стала обмахиваться веером и хитрющее смотреть поверх него на Грина, – вздыхает по… Марго… или как там её зовут… – пальчики Нуар небрежным перебором отмахнули имя Марго подальше от своей хозяйки.
– Рита.
– Ах да, такое простонародное имя. И вот эта счастливица на своё шестнадцатилетние получит серебряную лилию. Дар достойный королевы, хотя, кажется, наша королева его ни разу так и не удостоилась. А хочешь, погадаем на картах, выйдет она за тебя или нет?
– Нет, мне нужно зелье, зелье, которое не заметно в роме и гарантировано валит с ног…
– Охранников герцога Ардо, – договорила за Грина гадалка. – А догов ты не боишься?
– Разберусь.
– Шик-Ардо! – она улыбнулась и её глаза сверкнули гораздо ярче золота. – А ты не подумал о том, что я могу проговориться герцогу и тогда получу увесистый кошель золотых?
Грин ничего не сказал, он просто посмотрел на Нуар, мол, оно тебе надо?
– Ты просто джентльмен, не стал грозить беззащитной девушке… которая и сама недавно задула на торте шестнадцать свечек…
Конечно, если не смотреть на гусиные лапки морщин около глаз, то Нуар можно дать 30 лет, а то и все 25, а льстецы дали бы и 19, но вот пачпорт или уголовное дело… вот там цифры совсем другие стоят. И не вопиют.
– Не буду тебя больше пытать, вижу незамужние шатенки тебя не интересуют, конечно, всем джентльменам подавай блондинок! Я помогу тебе с ромом, он будет пахнуть как самый лучший ром и валить с ног, но не сразу, в зависимости от веса человека его на грудь принявшего… после первого глотка он через два часа будет клевать носом, и гарантированно храпеть через три… Только вот, о щедрый Грин, – тут её глаза сузились, – в качестве платы ты принесешь мне всего одну…
Молодой человек приготовился к худшему…
– …серебряную лилию! – вот теперь стерва улыбалась искренне, а кальян особенно ехидно забулькал.
Грин выдохнул, с одной стороны, это была слишком высокая цена, с другой стороны, цена, которую он мог себе позволить (если будет жив, конечно, но это условие не могло отменить сделку).
– Нуар, я принесу тебе лилию, но скажи и ты, зачем она тебе?
