Серебряная ведьма полностью

Она ведет его не на кухню, а в студию, где на конфорке растопленной с вечера дровяной печи тихо свистит чугунный чайник. К мерклому свету занимающегося дня прибавляется свет фонаря «летучая мышь». Тильда понимает, как странно это должно выглядеть со стороны. Когда они входят в студию, Чертополошка встает, но не подходит, чтобы приветствовать Дилана.

– Она еще немного стесняется. Даже без своего розового ошейника.

– Твоя студия выглядит круто, – признает Дилан, осмотрев необожженные горшки, стопки альбомов с зарисовками, банки с глазурями и прочие принадлежности гончарного ремесла. Если отсутствие электрического освещения и кажется ему странным, он ни слова об этом не говорит. – Похоже, ты много трудилась.

– У меня скопилось много незаконченных изделий. Я не могу работать дальше без печи для обжига. Я ужасно рада, что ты привез необходимые книги.

Дилан разглядывает большую современную обжиговую печь, потом переводит взгляд на Тильду.

– Значит, эта штука не работает?

Она не знает, что ответить, и отворачивается, чтобы добавить в чай молока.

– Я просто хочу попробовать провести обжиг по другой технологии – старым способом, который больше соответствует особенностям местности и тому, что вдохновляло меня, когда я создавала горшки.

– Круто. – Он кивает, с легкостью приняв объяснение.

Тильда вручает Дилану кружку с чаем и ждет, чтобы он сам добавил в него отсыревшего сахара. Он явно чувствует себя как дома, и ей становится завидно, что он может так расслабиться в обществе женщины, которую едва знает, в месте, где никогда прежде не бывал, да еще в присутствии не слишком-то дружелюбно настроенной собаки, настороженно следящей за каждым его движением. Тильда берет с верстака жестяную коробку с печеньем и предлагает одно Чертополошке, надеясь, что та подобреет, но собака не принимает угощение. Дилан берет два печенья и, жуя, интересуется:

– Так какой у тебя план? Собираешься соорудить эту штуку здесь?

– О нет. Печь должна стоять снаружи. Думаю, я построю ее из кирпичей. Мне бы хотелось скрепить их с помощью глины, но при такой погоде ее не накопаешь – наверное, придется использовать строительный раствор. – Тильда разворачивает книги и перелистывает страницы одной из них, пока не находит нужную иллюстрацию. – Вот, смотри. Это простое сооружение, но результаты обжига в такой печи могут получиться фантастическими, если правильно управлять температурой.

– Вряд ли это будет легко сделать. Ведь ты разведешь в этой штуке огонь и будешь жечь дрова. Сомневаюсь, что к ней прилагается шкала с обозначениями температур.

– Тут главное – контролировать поток воздуха и позволить печи медленно остывать после того, как огонь внизу догорел. На это может уйти несколько дней.

– Дней! – Дилан смеется. – Тогда нам понадобится еще печенье.

– Нам?

– Я тут подумал, что мог бы тебе помочь. Все равно я не возобновлю погружения, пока не потеплеет. И раскопки тоже на время прекратились из-за мороза.

– Ну я не планировала… то есть я не знаю…

– Если ты собираешься построить эту штуковину из кирпичей, – Дилан стучит по странице с иллюстрацией, – придется поехать в Брекон, чтобы купить все, что нужно, у торговцев стройматериалами. Мой «Лендровер» полностью заправлен и готов ехать хоть сейчас.

– Да ну? Думаешь, он в состоянии доехать до самого Брекона?

Дилан трагическим жестом прижимает руку к груди.

– Я уязвлен до глубины души. До глубины души! Мой чудный автомобиль, Ленни, – он со мной уже много лет.

– Оно и видно.

– Никто не согласится доставлять стройматериалы на эту верхотуру. А я могу запросто привезти все, что нужно, в кузове Ленни. – Он смотрит на часы. – Они уже открылись.

Дилан прихлебывает чай, склонив голову набок, смотрит на нее и ждет.

Что мне ему сказать? Что мне страшно ездить в машине? Что если он поедет быстрее, чем сорок миль в час, у меня может случиться паническая атака?

Тильда знает, что не может ему признаться. Не будет кирпичей – не будет обжиговой печи. Не будет печи – не будет готовых горшков. Ей нужны эти кирпичи, и другого способа получить их нет. Она допивает остатки чая.

– Хорошо, – кивает она. – Да, поедем, спасибо. Это было бы замечательно. Я… надену пальто.

Когда они выходят из студии, Тильда ожидает, что Чертополошка последует за ними, но собака не сдвигается с места. Она нежно ее гладит.

– Ну хорошо, странная ты псина. Останешься здесь и будешь охранять хозяйское добро. Сейчас это, наверное, чайник.

Она садится на пассажирское сиденье, и у нее тут же начинает сосать под ложечкой.

Держись, старушка. Это же не спортивный автомобиль, он быстро не поедет. И ехать-то всего миль десять, так что с тобой все будет в порядке.

– Ну все. – Дилан захлопывает водительскую дверь, и машина сотрясается. – Поехали.