Серебряная ведьма полностью

Когда по дороге домой они выезжают на короткий участок автострады, Тильда позволяет себе сравнить эту поездку с той роковой, когда они с Мэтом возвращались после медового месяца. Она начинает ощущать первые признаки беспокойства, когда вспоминает шедший тогда проливной дождь, совершенно не похожий на сегодняшние безоблачные небеса и светящее солнце. И тогда она ехала не быстро. Не так быстро, как едет сейчас Дилан. Может быть, он забыл, с какой неохотой его пассажирка села в машину, или же его тоже воодушевляет разлитая в воздухе веселая беззаботность. Как бы то ни было, потрепанный «Лендровер» едет значительно быстрее, чем по дороге в Брекон. От проносящейся мимо местности у Тильды начинает кружиться голова, ее охватывает паника. Она начинает потеть, становится трудно дышать. Она сосредоточивает внимание на невысоком холме, до которого уже не так далеко.

Еще несколько миль, всего лишь несколько миль. На другой стороне этого холма начинается озеро, а там до коттеджа останется всего лишь несколько минут езды. Держись.

– Тильда? – Дилан заметил, что с нею что-то неладно. – Ты хорошо себя чувствуешь?

Она кивает и выдавливает из себя:

– Все в порядке. Просто немного… нет, ничего.

– Уверена? Может, тебе нужен свежий воздух? Надо только опустить окно. Давай я помогу. – Не отрывая глаз от дороги, он протягивает руку к пассажирской двери и опускает древнее окно на несколько сантиметров.

Когда Дилан наклоняется, в чувствах Тильды царит полный сумбур. Ощущение близости этого сильного, привлекательного молодого человека не может не пробудить в ее душе воспоминаний о Мэте; головокружение, порожденное скоростью, с которой они едут, проносящимися мимо картинами, и повышенный уровень тревожности вызывают у нее странное чувство дезориентации, ощущение собственной нереальности, как будто она отделяется от тела и куда-то плывет.

Послушай, глупая, это же полная бессмыслица. Тебе же было хорошо по дороге туда. Глупая женщина, да возьми себя в руки.

– Тебе лучше? – беспокоится Дилан.

Тильда поворачивается, чтобы сказать «да» и попытаться успокоить его и убедить себя, что все в порядке – и тут видит, что находится за его спиной. Вернее, не что, а кто. Темная изломанная фигура женщины из ее видений сидит на заднем сиденье и кажется такой же осязаемой и реальной, как живой человек. У Тильды перехватывает дыхание. Призрак очень медленно поворачивает жуткое изуродованное лицо к Тильде.

А затем прыгает вперед.

Это непонятное существо прыгает там, где нет пространства, бросаясь вперед поверх спинок сидений, нет, не поверх, а сквозь них, вытянув раздробленные руки и вывихнутые пальцы.

И Тильда в ужасе кричит. Ничего другого она сделать не может. Она закрывает голову поднятыми руками и кричит, кричит, кричит. Эти неожиданные безумные вопли заставляют Дилана резко свернуть в сторону, «Лендровер» опасно наклоняется, скользит, но водитель ухитряется вернуть контроль над машиной и остановить ее на обочине.

Тильда чувствует, как кто-то сжимает ее руки, и на секунду ей кажется, что она находится во власти отвратительного призрака.

– Тильда! – Сквозь охвативший ее ужас она слышит голос Дилана. – Тильда, все в порядке. Ничего страшного нет. Ты в безопасности, смотри, мы стоим. Тебе нечего бояться. Открой глаза и посмотри сама.

Тяжело дыша, заглатывая воздух, она едва осмеливается посмотреть на заднее сиденье. Видение закончилось. Призрак исчез. В машине находятся только она и Дилан. Он замечает, что ее взгляд устремлен назад.

– Там ничего нет, видишь? Просто стройматериалы и кирпичи, верно?

– Кирпичи, – кивает Тильда, все еще дрожа и позволяя держать себя за руки. – Просто кирпичи.

Дилан делает короткую остановку в деревне Булч, чтобы купить «целительную бутылку бренди». Через двадцать минут после возвращения они сидят в гостиной, сжимая кружки с кофе, в который добавлена изрядная порция спиртного. Тильда вдыхает поднимающийся от напитка пьянящий пар и смотрит, как Дилан разводит огонь в камине. Чертополошка забралась на диван и лежит, положив голову ей на колени. И Дилан, и Тильда молчали остаток дороги домой. Им надо было сказать друг другу слишком многое, но в шумном «Лендровере» это было невозможно.

Дилан осторожно кладет поленья в разгорающийся огонь, потом садится в кресло, стоящее напротив дивана. Тильда быстро отпивает два больших глотка кофе, надеясь, что щедро налитый в него бренди придаст ей храбрости.

– Итак, – прерывает молчание Дилан, – может быть, все-таки скажешь, что, как тебе… показалось, ты видела в моем «Лендровере»?

– Я не знаю, с чего начать.

– Обычно начинают с начала.

– Во всем этом нет ничего «обычного».

– Тогда ты могла бы сразу нырнуть в наиболее пугающие тебя глубины.

– В тебе говорит профессиональный водолаз.

– Я одолжу тебе ласты.