— Ты ведь это имела в виду?
— Я в доспехах тяжёлая, — мило улыбнулась девчонка.
— Не для меня.
— Всё, попался кузен. Мой букетик ты повезешь. И не вздумай его помять, я могу и разболтать кое-кому. И Ша-а-арлю расскажешь, — томно промурлыкала Даниэль, — как Бернардо меня на руках… ну ты понял кузен. И… и…
— Камеристка кузине не требуется?
— Не-е, поможешь мне венок заплести, — выдала последнюю порцию Даниэль.
Короткая арбалетная стрела взрыла землю у самых ног Жана. Даниэль пронзительно взвизгнула.
— Опустите барышню, высокочтимый, ещё уроните ненароком, — пробасил кто-то из зарослей папоротника. — Вот так. И к дереву, пожалуйста, прислоните, совсем личико у красавицы побелело. Вино у вас есть?
Жан влил в горло девчонки добрый глоток вина, как бы, не сорвалась в истерику.
— И не вздумайте хвататься…
— За меч, — с готовностью подхватил мальчик. — В который раз слышу, в ушах звенит.
— От кого?
— Ваш Бычок штаны успел сменить? И подштанники.
— Не при даме, кузен, — пискнула Даниэль.
— Вот оно как, — пробасил атаман. Раздался звучный смешок. — А болтал, что вляпался в навозную кучу. В городах и не такое случается. И Анжуец что-то темнил, хоть рассказывал очень складно. Ладно, расспросим. Бычка в первую очередь, он врать не умеет. Выходите ребята и без лишней спешки, благородная и без того не в себе. Может и действительно родичи герцога, сам барон не знает что думать. Выходите, они не кусаются! — поторопил ватажников атаман.
В скором времени детей обступили угрюмо-настороженные арбалетчики. Широким полукругом, во главе с атаманом. Полтора десятка, не меньше. Ещё трое, нет четверо, не спеша спустились с поросшего папоротником холма. Увесистые мечи — подлиннее римского гладиуса — в самый раз для боя один на один. Пятнистые накидки поверх доспехов, шлемы с шейной защитой. Высоченный чернобородый атаман щеголяет дорогим рыцарским шлемом, разве что без забрала. И короткие деревянные дубинки, почти у каждого, что висят рядом с кинжалами.
— Для вразумления непонятливых, — пояснил атаман, перехватив взгляд Жана. — Сразу забывают о драке, как ударишь дубинкой по шлему…
— Ближе сорока шагов не подходят, — вслух отметил подросток.
— Кроме меня и Анжуйца, — уточнил предводитель. — Жить-то каждому хочется. И желательно в полном рассудке. Наш Бычок совсем мозги растерял. Всё молится и молится даже на марше, и попробуй его уйми. Я и в морду ему давал, и доли грозился лишить, а Бычок в ответ призывает Богиню и духов Леса. Это не считая нового Колдуна, так Шарль ему и поможет. Благородная маленько очухалась?
— Ты не представился! — спокойно произнёс Жан.
— Квилон я, просто Квилон, большего и барон не знает… надеюсь. И забудьте пока что о волшебном мече, девять отборных стрелков держат вас на прицеле. С тыла, разумеется, с тыла, против девяти арбалетов даже ваша магия не особо поможет.
— Меньше, — привычно поправил мальчик.
Атаман переглянулся с Анжуйцем.
— Семеро вас устроят?
— Будет вам врать!
Квилон изобретательно выругался, впору вспомнить о болтовне Бычка, да и Анжуец сказал немало… Попробуй не сложить два и два.
— А подробнее? — поинтересовался Жан.
— Всего пять, но зато отборных! — атаман рубанул воздух рукой.
— Все пять? — невинно осведомился подросток.
— Храни нас… — Квилон с немалым трудом — сразу видно — удержался от чёрной брани и лишь с шумом выдохнул воздух. — Четверо и впрямь мастера бельта, да и пятого изрядно натаскивали.
— И долго его натаскивали? — улыбнулся Жан.
Три недели… почти, — признался предводитель ватажников. — Нарвались мы на свою голову!
— Ага.
— Кто у кого в плену? — спохватился Квилон.
— Я пока ещё не решил, — протянул мальчик — Надо подумать.
— Ты…
— Меч не забудьте взять, — дружески посоветовал Жан. — Только через плотную ткань, а то я ни за что не ручаюсь.
По скоплению арбалетчиков — лесные братья невольно жались друг к другу — пробежал возбуждённый шёпоток.
— Арбалет уж лучше отдай, — поразмыслив, велел предводитель.
— Который?
— Не играй словами, малыш.
— Ах, да, вы же не видите. Что поделаешь, не дано. Да берите, что вы шарахаетесь, большого вреда, пожалуй, не будет. Странные люди. — Жан пожал плечами и положил арбалет на траву. — Эй, очнитесь, кузина, верно выкуп обдумываешь?
— Конечно.
— Сорока реалов довольно?
— Как по мне, меньше десяти брать не стоит. Ливров я имею в виду. За оскорбление родичей герцога! — мстительно заявила девчонка.
— Девяносто реалов! — вырвалось у Рамона.
— Арбалет сейчас отдавать? — подал голос Бычок.
— Что, последний ум растерял?! — грозно взревел Квилон.
— Мы тебе рассказали кусочек, — огрызнулся Бычок. — Помолитесь, братья, от чистого сердца, остаётся лишь уповать на Создательницу! Только в рабство не продавайте! — неожиданно взмолился Бычок.
— Сперва штаны смени! — фыркнула Даниэль.
— Вы о чести случаем не забыли? — печально вопросил атаман. — Добро бы в бою, а так… Я пожалуюсь господину барону, — неуверенно пригрозил предводитель.
— Не знаю как насчёт Бешеного, а наш герцог лишь посмеётся, — бойко ответила Даниэль. — Может в угол поставит.
— Скорее уж выпорет, — подхватил Жан.
— Перетерпеть можно.
