– С головой не всё в порядке, – наконец заговаривает он. – На придумывала себе всякого вот и с ума сходит. Не бери в голову. Больше я подобного не допущу.
– Кстати, Саллира тоже владеет магией? Мне рассказывали, что Аламас без волшебства.
– По правде говоря, сам не ожидал, и я под большим впечатлением. В Аламасе нет магии и я ошеломлён, только что увиденным, – отвечает принц. – Она сильна, любого дерфи в стократ. Даже аэрокинез не подействовал. Я её практически не мог атаковать. Одно могу сказать точно: только что эта была воздушная магия. И этого не должно было быть.
– Может, она тоже дерфи? – предполагаю я.
– Нет. Такого быть не может. Она – мас. Масы, сильный и крепкий народ, но ни как не волшебники. Я всё ещё под впечатлением.
– Но, спасибо твоим медовым губкам за своё спасение. Если бы не они, родимые… не сносить мне головы, – елейным голосом произношу в ответ.
– Ох уж, этот я, – горделиво бросает принц. Аж спиной чувствую его фирменную ухмылку.
– Ага… только не забудь прополоскать рот антисептиком, мало ли что, – фыркаю я, вспоминая их страстный поцелуй.
– По идее, было без языка, – крайне серьёзно предъявляет принц, словно мы обсуждаем важную межгалактическую тему.
– Хорош заливать! – не раздумано восклицаю я. – А то я не видела. Ещё как с языком! – вот к какой лесной бабушке, спрашивается, мне нельзя заткнуться? Сильнее жмурю глаза, понимая, что сейчас ляпнула неуместного.
– Ты ещё и наблюдала? – не хило удивляется Рикард, еле подавляя подступившийся смешок. – Я то, думал, что она задыхается, что ей плохо, а она, во-о-он как, – довольно протягивает принц.
– Не наблюдала, а заметила, – бубню еле слышно.
– Ради тебя пришлось пожертвовать своими медовыми губками, – теперь, парень тихо смеётся.
– Хм, а скажи, – начинаю я, – получается, ты владеешь магией воздуха, то есть воздушная стихия? – с одной стороны мне правда интересно, ну а с другой, хватит краснеть перед ним из-за своей глупости.
– Да.
– И что ты можешь делать?
– Вихрь, торкано, воздушный щит, смерч, хлыст, – начитает перечислять Рикард. – Но не в таких масштабах, как хотелось бы. Из-за древа сил нет. Снег ты уже видела. Ну и коронное: гром и молния. Молния получается лучше всего.
– Ну, прямо, Пикачу, какой-то, а не принц.
– Пикачу? – слышу, как Рикард снова смеётся, – это ещё, что такое?
– Придуманное людьми существо, которое метает молнии. Кстати, ты даже внешне на него похож.
– Он такой же красаве́ц? – аж спиной чувствую, как парень горделиво улыбается.
– Ага. Маленький, пухленький и жёлтенький. А ещё – он мышь. Один в один! – еле сдерживаю смех.
– Так, ты себя сейчас описала? Имя Пикачу тебе больше подходит. Решено! – заявляет он. – С этого дня буду звать тебя, Пикачу.
– Это, ты Пикачу, – так и хочется сейчас развернуться к нему.
– Не-а. Ты.
– А дождь? Ты им не можешь управлять?
– Не то, чтобы, – голос принца становится серьёзным. – Я не могу контролировать по своему желанию, только его одного. Дождь идёт, только тогда, когда я расстроен и мне плохо. Я не в силах вызвать его специально. Пробовал много раз.
Киваю его в ответ и остаток пути мы движемся в полной тишине.
ͼ ͼ ͼ
Оставив коня у горы, незнакомец крался, практически бесшумно не привлекая лишнего внимания. Натянув чёрную шляпу с широкими, опущенными полями ниже, поправил чёрную тканевую маску на лице. На нём была тёмная мантия и чёрные кожаные перчатки. Задержавшись у каменной стены, он медленно обнажил свой меч, поглядывая на стражников. Стража не заметила его в темноте, а незнакомец не терял времени зря, оценивая ситуацию. В поле зрения, их пять-шесть не больше. Если напасть сзади, можно быстро с ними расправиться. Сжав рукоятку оружия, он незаметно оказался за каменным возвышением. Незнакомцу понадобилось десять минут, чтобы оглушить стражников и не спеша спустится в подземельную темницу с отпетыми преступниками.
– Лук? Нет такого овоща? – я стою на кухне и рассматриваю продукты на столе. Синди смотрит на меня, явно не понимая, о чём я толкую.
– Нет, ваше высочество, – робко отвечает он, пожимая плечами.
– Ладно, – киваю, – попробую объяснить так: овощ от которого слезятся глаза. Он горький на вкус, круглой формы. – Мужчина задумчиво смотрит на овощи и вдруг озаряется улыбкой.
– Это же дун, ваше высочество! Вот он, – достаёт его из деревянного ящика и протягивает мне. Один в один, как наш обычный лук, только называется в этом мире по-другому.
– Дун? – переспрашиваю я, рассматривая ближе. Никаких различий.
– Да, принцесса, но мы его не используем, так как он горький и неприятно пахнет, – объясняет повар. Если бы они знали, какие крутые блюда можно из него приготовить, то, этот самый дун не валялся бы в пыльном ящике.
– Синди, – мягко произношу я, – вы бы не могли с поварами оставить мне кухню на несколько часов? – мужчина удивлённо выпячивает серые глаза.
– Но, ваше высочество…
– Не переживай, вам и слова не скажут, я обещаю. А в награду, угощу вас лу… дуновым супом, договорились?
