– Ты для того меня сюда позвал? Хочешь читать мне нотации? Не смей притворяться, будто видишь меня насквозь! Мы не настолько хорошие друзья.
Димитрий хмыкнул.
– Жаль, Адриан. Я надеялся, что мы друзья. Верил, что знаю тебя как облупленного.
– Нет, – упрямо буркнул я, отталкивая от себя тарелку. – Меня никто не знает.
«Только Сидни, – мысленно добавил я. – И ей было бы за меня стыдно».
– Ты дорог очень многим. – Димитрий по-прежнему оставался воплощением спокойствия. – Не отворачивайся от них.
– А они, кстати, от меня не отвернулись? – спросил я, вспомнив, как Лисса отказалась иметь со мной дело. – Меня игнорируют! Никто не в состоянии мне помочь. – Я резко встал. – У меня аппетит пропал. Спасибо за «поддержку».
И я выскочил на улицу. Димитрий не бросился за мной вдогонку, чему я порадовался: он запросто мог бы приволочь меня обратно. Я ушел. Меня обуревали злость и смущение. Тирада Димитрия сильно меня задела – и не потому, что он невольно меня осудил (я уже и так ругал себя на чем свет стоит). Его речь снова напомнила мне о Сидни.
Она всегда утверждала, что у меня высокий потенциал. Что ж – я доказал, как она ошиблась. Я подвел Сидни.
Димитрий встряхнул меня, хоть он сам ничего не подозревал.
Я вернулся к себе, опрокинул пару стопок водки, рухнул в постель и мгновенно отключился. Мне приснилась Сидни: не с помощью магии духа, как я надеялся, а обычно. Я слышал ее смех и раздосадованные, но веселые упреки «Ох, Адриан!», когда я делал что-то глупое. Солнце превратило ее волосы в расплавленное золото и подчеркнуло янтарные искорки в глазах. Но, что самое приятное – мне приснились обнимающие меня руки, прижатые к моим губам губы – и то, как все это наполняло мое тело желанием, а сердце – отчаянной любовью, какую я даже прежде не представлял.
Сон и явь сместились – и внезапно я обнаружил, что меня действительно нежно обнимают чьи-то руки и целуют мягкие губы. Я ответил тем же, усилив жар поцелуя. Я очень долго был одиноким, растерянным и неприкаянным – не только в жизни, но и в мыслях. Призрачное присутствие Сидни в моей постели помогло мне сосредоточиться, и я снова стал самим собой. Неужели теперь такое возможно? Может, я действительно справлюсь? Я способен пережить любые грозы и безумства своего вампирского семейства, я сумею выдержать все – ведь Сидни со мной.
Вот только ее не было.
Сидни исчезла, ее держат вдали от меня… значит, это не ее руки меня обнимают и не ее губы я целовал. Выплывая из дремотного тумана, я разлепил веки и попытался сориентироваться. Утреннее солнце почти не проникало сквозь жалюзи, но я разглядел, что у девушки, лежащей рядом со мной, волосы не золотые, а черные. И глаза у нее – серые, а не карие.
– Нина?
Я осторожно отстранил ее и постарался отодвинуться на край кровати. В итоге я потерял равновесие и едва не рухнул на пол.
Глаза Нины весело блестели. К моему изумлению, она рассмеялась.
– Ты ожидал кого-то еще? Погоди, не отвечай!
– Нет… но что ты здесь делаешь? – Я заморгал и обвел взглядом затемненную комнату. – Как ты вообще тут оказалась?
– Ты дал мне ключ на случай чрезвычайных ситуаций, помнишь?
Я ничего не помнил, но ее утверждение меня не слишком удивило. Нина разочарованно нахмурилась, осознав, что я сделал это, поддавшись пьяному порыву.
– Я начала волноваться, когда ты утром не позвонил, поэтому решила тебя навестить. У меня же обеденный перерыв и дурацкая поздняя смена, – добавила она.
– Приставать – не значит проведать, – проворчал я.
– «Приставать» – является преувеличением, – укорила она меня. – Особенно если учесть, что именно ты потянулся ко мне, когда я села на кровать.
– Правда? – Я пожал плечами. – Тогда… извини. Я толком не проснулся и не соображал, что делаю. Это было… во сне.
– Нет, Адриан. Ты прекрасно понимал, что со мной делаешь, – хрипловато заявила Нина и прикоснулась к моей руке. – Тебе снилась она?
– Кто?
– Сам знаешь, кто. Она. Девушка, которая тебя мучает. Не отрицай! – приказала Нина, увидев, что я собрался протестовать. – Думаешь, я слепая? Ох, Адриан, Адриан! – когда Нина произнесла эти слова, я содрогнулся, как от удара: ведь мне снилось, что Сидни окликает меня по имени.
Нина нежно погладила меня по щеке.
– Когда ты вернулся ко двору, я сразу поняла, что кто-то разбил тебе сердце. И мне было больно видеть, на какой путь ты ступил. Мне это не дает покоя.
Я замотал головой, но не оттолкнул ее руки.
– Нет. Все не так просто.
– Твоей девушки здесь нет. И ты страдаешь. Прошу тебя… – Она передвинулась на кровати и склонилась надо мной, так что ее волосы упали на мое лицо, будто занавесь из локонов. – Меня влечет к тебе с первой нашей встречи. Позволь мне тебя утешить…
Она наклонилась ближе, чтобы меня поцеловать, но я остановил Нину.
– Нет. Не могу.
– Почему? Она вернется? – с явным вызовом осведомилась Нина.
Я отвел взгляд.
– Я… не знаю.
