Верчение, лёт, беспамятства толика.Порывы. Вы правы, провалы, и только…А сути не видно, да есть ли, ей вторя,Природе, как в век королевы Виктории, —Вручную убранство пространства – изыскано,Так мир несказанный молчанием высказан.Неисповедимым, по лестнице Иакова,Прозрачным иль призрачным, суть одинакова,Предстал: Серафимы на арфах, кристаллы —Неслыханный мир – мне промолвить пристало…С озябших бульваров листву совлекая,Листал листопад тишину… И такаяБлагая окутала душу истома:Из сна дождепада выходишь, из дома.Расписано небо – высокие «станцы»,Объемлет. Обнимет. Окликнет остаться.Вперёд, пуще прежнего взвеяны кущи,Багрянцем бахвалится шелест бегущий!Обрушились листья куда ни попало:В Неаполь, в Петрополь, в октавы Непала,В бурлящую радостью пустошь идиллий,Гурьбой, в одиночку к земле восходили —Слетевшие с губ одинокие вести.Разрозненных листьев… Падение… Вместе!2. Сон Питера БрейгеляЛиют дожди лучей.По лезвию времён, по кромке ОйкуменыБосая тишина идёт, большая видимость назрела.Глотает голоса глухая ночь.И сребреник блестит надменныйНа каменном полу. Свисает яствами с тарелок —Застольное безумие, безмолвие губительной забавы.Сброд всех эпох и площадейГорланит, жаждет казни.И лисий хохоток старух, и колких перьев скрип,И взгляд плюгавый —Смешались, до беспамятства смешат. Взвывает: «Гасни!» —К кресту вздымает крючковатые персты,Забрызганный покоем,Сотрапезник чудовищ – век бубонный, каждый, взвинчен,И мы с любимой – скорби скарб с безудержною радостью пакуем!И сломанные крылья мастерит, в сердцах, да Винчи…Охвачен соглядатайством:В клуатрах, в кулуарах стынет кома:Уродства вакханалия, доспехов блеск суровый.Под грохот вавилонской башни мир людейИскромсанный, искомый…И ангельские развеваются плащи, покровы.Гул под крылами: своды, войны, воины и пятна алой швали!Невзрачной радости хмельная суть – вовсю пленила.Огласка тайны… Внемлет кто иль нет? Едва ли…Лиют вино багровое,А ночь – в глаза чернила…3. КомаВетер исполнил глиссандоВ осиротевших на листьяСводах бунинских аллей.Повадилась в глаза врываться тьма кромешная, впустили —Радостный холод – сердца,Бой напольных часов остывал,Я навсегда отставалОт исчезающих вдаль журавлей,От падающих в бездну бремени израненных идиллий.Вечер утратил плаксивость,Огонь зачинался: в каминах,В снах, сгоревших дотла,В наполненных яростью бойницах, в больницах в кровь искомых.Взгляд, прикованный к стене.Осенью осенённый покой.Ночь озареньем светла.Поэзия – напасть? – На след напасть, не выходя из комы…4. Брезг счастья
