А после смерти королевы девочку будто подменили: она отказывалась одеваться в светлые нарядные платья, носила всегда только чёрное или красное, и не позволяла делать никакие прически на свои длинные чёрные волосы. Придворные шарахались от чёрной тени, которая в одиночестве бродила по дворцу. В конце концов рядом с принцессой появился её амбал-телохранитель и от этой парочки стали не просто шарахаться, а обходили их окольными путями. С тех пор и началась трансформация его некогда доброй и нежной дочери в великое стихийное бедствие всей Империи…
— Ключ от наручников принца Дао с секретом, они их так сразу не откроют, — успокаивающий голос Гефера выдернул императора из воспоминаний. — Если всё-таки догадаются, я трехмерное заклятие нанёс — Киду понадобится дня три, чтоб расплести его по уровням сложности. Пока будут этим заниматься, я подготовлю другой артефакт из арсенала принца Дао и перевезу Максимиана в тюрьму на острове Деймос. А им скажем, что мальчишка сбежал — пусть ищут по всей Империи, хоть здесь не будут мельтешить…
Император почувствовал облегчение и кивнул главному магу. Всё-то у него предусмотрено, не подкопаешься. Как будто у него к этому делу есть свой личный интерес…
— Нам повезло, что Кид туповат, — Гефер ухмыльнулся. — Мозги бы ему, как у принцессы… Хотя нет, тогда шансов провести этого ублюдка было бы ой как мало!
Он поклонился и шагнул к двери.
— Я должен проверить состояние Даеннира.
Император вновь кивнул, и напомнил Геферу выставить у кабинета наряд охранников побольше — ему надо составить важные бумаги.
И опять дверь захлопнулась с каким-то очень громким стуком. Надо что-то сделать с ней — слишком тяжелая, пусть Гефер укрепит её каким-то заклинанием.
А то в следующий раз Элиара её просто вынесет.
Глава 18. Порождение Тьмы. Выпускной бал заканчивается взрывом
Максимиан
Выпускной вечер в Высшей Школе чёрной магии столицы Нордвинтера давно перевалил за свою торжественную часть с вручением дипломов о высшем тёмном посвящении. Развлекательная часть тоже исчерпала себя, оставив лишь яркие воспоминания о танцах, весёлых сценках и играх.
Луна огромным светящимся шаром катилась сквозь тучи, намекая на то, что ночь уже вступила в свои права. А стайки выпускников в парадных мантиях расположились по всей территории школьного двора, который словно не желал отпускать их, приковывая к себе невидимой магической силой.
На самом деле никакой магической силы не было и в помине. Просто уходить домой было пока ещё и рано, и странно, поэтому бывшие ученики школы магии, а ныне дипломированные маги предавались разговорам о том, как интереснее провести остаток ночи.
Мак стоял в стороне от компании выпускников и ждал Миринду, которая удалилась в аудиторию за своей сумочкой.
Он был немного раздражен — ведь если бы у девушек не было привычки всегда брать с собой кучу всяких бесполезных вещиц, вроде зеркала или пудры, то не пришлось бы сумочку с этими штуками где-то оставлять, а потом идти за ней… и сейчас бы они с Мириндой уже бродили по улицам города, как запланировали с самого начала.
Но в целом, казалось, ничто не могло испортить его приподнятое настроение и предвкушение от этого вечера.
Родители Миринды позволили сегодня проводить её домой после бала. Не так просто было заслужить их доверие, ради которого он старался целый год… И сейчас его переполняло ощущение ответственности, от которого просто разрывалось сердце. Или это было что-то другое…
Сзади раздались лёгкие шаги, и Мак, весь в своих мыслях и с улыбкой в пол лица, повернулся на звук… но наткнулся на холодный и решительный взгляд незнакомца, который успел приблизиться к нему почти вплотную.
— Что Вы здесь делаете? — улыбка мгновенно испарилась, по спине пробежал холодок.
Не то, чтобы незнакомец выглядел странно… Серая мантия и холщовая сумка через плечо — обычный чиновник или служащий какого-нибудь магического отдела, таких каждый день встречаешь на улицах столицы.
Но что-то в его чертах заставляло задержать взгляд и не отводить его ни на секунду. Мак, будто скованный по рукам и ногам этим наваждением, против своей воли шагнул ближе.
Мягкий свет фонарей отражался в темных глазах незнакомца и, в сочетании со сведенными к переносице бровями и заостренным носом, придавал всему его облику какое-то хищное выражение.
Возникшее желание как можно скорее убежать с этого места, прихватив с собой Миринду и всех, кто ещё оставался в школьном дворе пульсировало в висках и толкало на действия, но Мак оставался на месте.
— Есть разговор, — холодно сообщил незнакомец, не отводя взгляд.
— С чего Вы решили, что я буду с вами разговаривать? — Мак глянул за своё плечо и удивился потому, что там, где ещё недавно стояла группа ребят, теперь не было ни души.
— Кто Вы вообще такой?
— Старый знакомый твоих родителей.
Фраза отозвалась тяжестью в сердце и кольнула ощущением пустоты внутри.
— Говорите, — прошептал Мак.
