Серенада для любимой полностью

— Мисс Греко, ваш сын — это мой сын, — произнес незнакомый мужчина, заглядывая через плечо Стеллы внутрь ее дома, словно ища там что-то.

Стелле хотелось захлопнуть дверь у него перед носом. Сначала она думала, что кто-то из ее подруг решил устроить ей сюрприз, наняв стриптизера, как для их безумной вечеринки двухлетней давности. Но, судя по виду мужчины, он пришел сюда с серьезными намерениями. Высокий, с непокорными темными волосами, падающими на воротник потертой кожаной куртки, и выразительными серыми глазами на загорелом мужественном лице, он застал ее врасплох, как гром среди ясного неба.

— Что значит — ваш сын? — Ее защитные инстинкты обострились. — Кто вы?

— Мое имя Васко де ла Круз Ареллано-и-Монтойя, но за границей я обычно представляюсь как Васко Монтойя. — Уголки его чувственного рта дрогнули в улыбке, но Стеллу это ничуть не успокоило. — Я могу войти?

— Нет. Я не имею привычки пускать в свой дом посторонних мужчин. — По ее спине пробежала дрожь. У ее сына нет отца. Этому человеку нечего здесь делать. Она должна немедленно закрыть дверь.

Звуки детской музыки, доносящейся из глубины квартиры, выдавали присутствие ребенка. Стелла оглянулась, жалея, что не может спрятать Ники.

— Простите, но вам лучше...

— Подождите. — Мужчина сделал шаг вперед, и Стелла начала закрывать дверь. — Пожалуйста. — Его тон смягчился. Он опустил голову, и прядь волос упала ему на лоб. — Давайте найдем тихое местечко и поговорим.

— Это невозможно. — Она не может оставить Ники, тем более брать его с собой и идти куда-то с этим человеком. Она молилась, чтобы малыш не вышел в коридор ее искать. Материнский инстинкт побуждал ее захлопнуть дверь, но, очевидно, она для этого слишком вежлива. К тому же в этом мужчине есть что-то такое, что не дает ей прогнать его, как назойливого коммивояжера. — Прошу вас, уйдите.

— Ваш сын... — Он подался вперед, и она почувствовала аромат одеколона, смешанный с запахом его кожаной куртки. — Мой сын, — его глаза сверкнули, — наследник трона Монтмейджера.

Судя по его тону, он ожидал, что Стелла хлопнется в обморок от удивления, но она даже не дрогнула.

— Мне все равно. Это мой дом, и если вы немедленно не уйдете, я вызову полицию. — Она повысила тон, выдав свой страх. — Уходите.

— У него светлые волосы. — Его брови взметнулись, когда он снова заглянул внутрь через ее плечо.

Обернувшись, Стелла, к своему ужасу, обнаружила Ники, семенящего по коридору с широкой улыбкой.

— Агу.

— Что он сказал? — спросил Васко Монтойя.

— Ничего. — Почему люди думают, что годовалый ребенок должен произносить осмысленные фразы? Она устала от того, что ее все спрашивают, почему он почти не говорит. Всему свое время. — В любом случае это не ваше дело.

— Мое, — ответил он, не сводя глаз с Ники.

— Почему? — спросила она за секунду да того, как ее поразила страшная догадка.

— Он мой сын.

Стелла сглотнула. Чутье подсказывало ей, что она должна все отрицать, но она не могла.

— Что вас заставляет так думать?

— Его глаза...

Мужчина и ребенок уставились друг на друга одинаковыми серыми глазами. До сих пор Стелла предполагала, что их цвет Ники унаследовал от ее бабушки по материнской линии. У нее самой были светло-карие глаза.

Неожиданно Ники пробежал мимо нее, протянул Васко свою пухлую ручку и схватил его за палец. В ответ на это мужчина восторженно улыбнулся:

— Рад с тобой познакомиться.

Стелла тут же подхватила Ники на руки.

— Га-ла-ла, — с улыбкой произнес малыш.

— Это бесцеремонное вторжение в мою частную жизнь. В нашу частную жизнь, — заявила Стелла, крепче прижав к себе ребенка. Внутренний голос подсказывал ей, что этот человек действительно отец ее сына. — В банке спермы меня заверили, что вся информация, касающаяся личности донора и процедуры искусственного оплодотворения, разглашению не подлежит.

Васко встретился с ней взглядом:

— Когда я был молод и глуп, я сделал много вещей, о которых сейчас жалею.

Стелла знала, что Ники имеет права связаться со своим отцом по достижении определенного возраста, но в банке ее заверили, что до тех пор отец не имеет права общаться с ребенком. Она хотела, чтобы ребенок был только ее и никто не мог вмешиваться в их жизнь.

— Как вы меня нашли?

Если Васко действительно отец Ники, как он об этом узнал?

Мужчина вскинул подбородок:

— Кругленькая сумма, положенная в нужный карман, открывает большинство тайн. — Он говорил с еле заметным акцентом, который придавал его голосу мягкость. Судя по тому, как он говорит о взятке, деньгами и властью он не обделен.

— Они назвали вам имена женщин, которые купили образцы вашей спермы?

Васко кивнул.

— Они могли солгать.

— Я видел записи.

Возможно, он лжет. Но в таком случае зачем ему Ники? Малыш извивался у нее в руках, но она не осмелилась поставить его на пол.

— Возможно, он не ваш. Я использовала сперму нескольких доноров. — Стелла солгала. Она забеременела с первой попытки.

— Я же сказал, что видел записи.

Ее лицо вспыхнуло.

— Это просто возмутительно. Я могу подать на них в суд.