— Угу, — хмыкнула Лиана, поднимаясь и явно направляясь в другую комнату. На такую характеристику собственного парня она даже не обратила внимания. — Но речь не о нем. У тебя нет никакой возможности перевестись в другой отдел? Пусть бы Ирлину прислали кого-нибудь из опытных видящих, раз он такой требовательный, а тебя бы на освободившееся место.
— К Рику? Кого-то из старичков? — саркастически фыркнула Таша. — Не пойдет никто. К этой сволочи только меня и удалось заманить. Не представляю, как Селия его выносила.
— Родная кровь, — пожала плечами Ли. — Ей многое прощается из того, что другим с рук не сойдет. — На какое-то время девушки замолчали, но спустя несколько минут целительница все же осторожно задала важный вопрос: — Пришла в себя? Успокоилась?
Таша, закрыв глаза, прислушалась к себе, после чего неуверенно кивнула:
— Кажется, да. Спасибо, Ли.
— Было бы за что, — улыбнулась Лиана, пряча глубже внутрь беспокойство за подругу. — Сейчас домой или в управление?
— Все равно уже сбежала, — махнула рукой видящая, — так что домой. Заканчивать скромные остатки твоего успокаивающего зелья.
— Не переусердствуй, — напутствовала Лиана, и серьезно посоветовала: — А о переезде в Фаркасс все-таки подумай. Удерживать насильно они тебя все же не могут — деньги платились за обучение Селии, а не за твое, а здесь я тебя под свое крылышко возьму, и ни один… нехороший человек не посмеет даже взглянуть косо в твою сторону.
— Прелести романа с почти-племянником-вожака?
— Именно. Должен же и этот оболтус какую-то пользу приносить.
— Еще один срыв с его стороны — и я на полном серьезе перееду жить к оборотням, — пообещала Таша, хотя обе понимали, что такого не случится никогда. — Пока, Ли.
— До завтра. Как появится свободная минутка — дай о себе знать, чтобы я не беспокоилась.
— Обязательно, — нашла в себе силы улыбнуться Таша и отключилась.
В тот же момент ветви поползли вверх, и в убежище только-только успокоившейся видящей заглянул Лэр.
— А вот и беглянка. Спряталась ты, однако, неплохо, Таша.
— Но ты же ведь нашел, — озвучила грустную для себя истину девушка, не двигаясь с места и сверля следователя крайне недружелюбным взглядом.
— Ты кристалл забыла снять, — Лэр подергал себя за ворот рубашки, указывая на голубоватую прозрачную кнопочку. — Я на его маячок и ориентировался. Ну и плюс твой голос услышал.
Таша вздохнула, сетуя на свою забывчивость, но даже не пошевелилась.
— И зачем искал?
Лэр на мгновение даже стушевался:
— Эм… вернуть тебя в управление. Деррик приказал…
Таша взвилась, растеряв призрачное спокойствие:
— Передай своему Деррику, чтобы катился к бесам со своими приказами! Знать не желаю ни его, ни ваше управление!
— Таш… — следователь протянул руку к разъяренной девушке, но она отшатнулась от нее и отползла к дальним ветвям, не задумываясь о том, что на брюках остаются следы травы и земли. — Он не прав был. Там действительно ничего не было, Рика просто переклинило.
— Я его поздравляю. Ко мне это какое отношение имеет?
— Но… ты же его помощница…
Иметь дело с обиженными девушками Лэру в жизни доводилось очень редко, и он понятия не имел, как их успокаивать. От подружек всегда можно было откупиться очередным подарком, сестру — проигнорировать, а мать была на удивление хладнокровной и сдержанной женщиной, не доставляющей сыну подобных проблем. Да и на работе Лэр по большей части общался с мужчинами, а едва тянуло женской истерикой — незаметно растворялся в лабиринте кабинетов и коридоров. Поэтому сейчас оказался абсолютно не готов к разговору со взвинченной, обиженной и переполненной претензиями Ташей. Не ткнуть же ее в плечо, бросив короткое: «Забей. Пошли лучше вечером напьемся»? Девушкам… им же успокаивающие слова нужны, наверное.
— Была. Не собираюсь больше терпеть это и работать с ним.
— Таш… Он признал, что погорячился и был несправедлив с тобой…
— Да-а-а? — ехидно протянула видящая, сверкая на него зелеными глазищами из окутанного тенями угла. — Прямо так и сказал? Может, еще и сам извиниться пообещал?
— Ну… почти. Пойдем в управление, а? Там сами и разберетесь?
— Не хочу я ни с кем разбираться, — пробормотала Таша, махнув рукой и отвернувшись. Все эмоции, до этой секунды кипевшие в ней, вдруг разом опали, словно девушка перегорела в своем запале. — Завтра занесу заявление об увольнении.
Лэр опустил ветки и отошел от укрытия видящей, испытывая несвойственную ему растерянность. Подобное состояние раздражало его, хотя бы потому, что он не знал, как без применения грубой силы доставить Ташу в управление. О том, что именно ему выпала честь уговаривать вернуться на рабочее место обиженную девчонку, следователь пожалел уже с полсотни раз. Он бы лучше с трупами посидел, записывая за Луарой все ее слова, а общение с новенькой оставил Малику — уж тот знает, как очаровать девушку и заставить ее сделать так, как хочет он. Но друг сейчас сидит во вскрывочной, а сам Лэр — мнется перед кустом сприднига, не зная, что ему предпринять.
