– Вот же черт, на хрен, – выругался он, подбегая, чтобы помочь им совладать со свинами. – Мы думали, вы все уже мертвы. Где Овес?
Шакал едва удержался от удивленного взгляда на Блажку. Они готовились к конфликту, к трудному приему.
Гвоздь принял его замешательство за печальную новость.
– Черт. Только не говори, что он…
– Овес в порядке, – перебил его Шакал, выбираясь из седла. – Он в Отрадной. Ему давно пора было навестить мать.
Это была правда. Овес не был этому рад, но эльфийку нужно было где-то оставить, и Шакал не мог придумать места лучше, чем у Берил. Он не собирался приводить ее в Горнило – пока не собирался, а оставить без присмотра не мог. Поэтому Овес был отправлен играть роль сторожевого пса, пока его дразнили и закармливали.
– Ну и вы давно должны были доложиться вождю, – сообщил ему Гвоздь, крепко схватив свинодерг Очажка. – Он чуть было не отправил копыто вас искать.
Шакал заметил, что взгляд Гвоздя соскользнул на Штукаря. Выходит, Ваятель беспокоился за своего возможного чародея. И это, вероятно, и было причиной его снисходительности. Как бы то ни было, Шакал не желал упускать своего случая.
– Где Мед? – спросил он, отчаянно надеясь, что тот не послан в патруль.
– Возится с печами, наверное, – ответил Гвоздь озадаченно. – Ты что, не слышишь меня? Вождь хочет поговорить.
– Я слышал, – сказал Шакал.
Он кивнул Блажке, и та поспешила к центральной крепости Горнила. Мед умел говорить по-эльфийски. Замысел состоял в том, чтобы Блажка привела его в Отрадную и тот попытался разговорить девицу и разузнал бы, какую роль сыграл вождь в ее заточении в плен. У Меда стручок твердел на Блажку с тех пор, как он был сопляком, поэтому ей было легко убедить его помочь. Хорошо бы перед походом к Ваятелю Шакалу удалось найти ответ еще на пару вопросов.
Гвоздь наклонился и схватил Шакала за локоть.
– Может, расскажешь мне, что за хрень происходит?
Гвоздь не был трикратом, но обладал недюжинной силой и носил бороду, которую красил в красный цвет мареновой розой. Он приблизил к Шакалу лицо, испепеляя его взглядом. Шакал, не поддаваясь его запугиванию, ответил с ухмылкой:
– Узнаешь все за столом, Гвоздь. Вместе с остальными.
Гвоздь разжал хватку и слегка расслабился.
– Ты всех созываешь?
Шакал ободряюще хлопнул Гвоздя по плечу. Высокий полукровка недоуменно потерял равновесие. Ну и отлично. Шакал продолжил сам задавать вопросы.
– Кто-нибудь из братьев остался снаружи?
– Только несколько сопляков. – Гвоздь покачал головой.
Это Шакала не обрадовало, но он постарался скрыть это. Он надеялся, что хотя бы один из Ублюдков будет на выезде. Собрание могло состояться только в присутствии всех посвященных членов копыта. Сейчас заминка могла случиться только из-за Овса, Блажки или Меда, но Ваятель мог приказать им вернуться из Отрадной. И именно так этот чумной тиран и поступит – как только узнает, что они ушли. Но к счастью, у Шакала в запасе был один финт.
Вокруг собралась кучка сопляков, которые подносили вернувшимся ездокам полные мехи воды и вина. Шакал принял один, убедился, что в нем вода, и сделал глубокий глоток. Затем подождал, пока сопляки не создадут достаточно толкотни, и тогда бросил многозначительный взгляд на Штукаря. Чародей едва заметно ухмыльнулся и приблизился к Гвоздю.
– Я бы желал извиниться перед вашим Ваятелем за столь неожиданный уход, – произнес Штукарь. – Не отведешь меня к нему?
– Конечно, – ответил Гвоздь, явно смутившись незнакомца. Затем чуть ли не извиняющимся тоном обратился к Шакалу: – Тебя вождь тоже желает видеть.
– Только сперва позабочусь о свине, – ответил ему Шакал, указывая на сопляков. – Не могу оставить его с этими недоумками.
– Ну еще бы, – согласился Гвоздь и в шутку замахнулся на одного из претендентов, так что тот вздрогнул. – Увидимся очень скоро, Шак.
Когда Гвоздь повел Штукаря через двор, Шакал услышал дружелюбную болтовню чародея.
– Гвоздь? Тебя так назвали, потому что ты тупоголовый, но крепко держишься на ногах?
– Э-э…
– Или тебя так назвали по форме члена?
Усмехнувшись, Шакал поспешил в противоположном направлении, оставив Очажка под опекой сопляков. Несмотря на все предубеждения, у него не было лишнего времени, чтобы терять его в конюшне. На пути к хранилищу он заметил Блажку и Меда – те направлялись к тоннелю.
Хорошо. Значит, они скоро будут в Отрадной.
Конечно, все зависело от того, заговорит ли эльфийка, но тут Шакал ничего сделать не мог. Мед был моложе и у него были удивительно мягкие для полуорка черты лица. Ублюдки всегда подтрунивали над ним за то, что носит прическу в стиле Рогов, но в этот раз его манерность могла быть полезна, чтобы остроухая доверилась ему. И если предсказание Зирко было верно, то ей пора бы уже начать привыкать к полукровкам.
Об откровении полурослика Шакал никому не рассказал. Если эльфийка в самом деле была беременна и если она понесла от тяжака, то это закрутит ситуацию в еще более сложный узел. К тому же если Зирко был прав и девка сама этого не знала, то не нужно ей услышать об этом от кучки полуорков, которых она считала похитителями.
