— И тут у одного товарища рождается идея… — командир улыбнулся, обвёл ребят взглядом. — «Давайте похороним куклу. Пленный имел множественные ранения, несовместимые с жизнью. После освобождения мы сделали всё возможное, но донести не смогли». Идея замечательная, решили мы. Выкопали яму, куклу завернули в плащ-палатки, закопали, замаскировали, встали кружком, сухой салют — и бегом в расположение. Прибежали, доложили… «Так мол и так… Умер наш герой…» Стоим, скорбим. — Седой засмеялся и глотнул из кружки.
— Командир, не томи…
— Куратора вы все знаете. Он выслушал доклад и не моргнул глазом. Мы уже улыбались в открытую — ну как же, перехитрили начальство, тем более находчивость и смекалка всегда ценились на курсах. — Седой, снова улыбаясь, посмотрел на ребят, глотнул чай. — Но и куратор не прост: из планшета достал чистый лист бумаги и зачитал только что поступивший приказ. «За проявленное мужество и героизм погибшему присвоено звание Героя Советского Союза. Тело погибшего приказано доставить в часть для торжественного захоронения…» В общем, побежали мы назад, начался проливной дождь, раскапывали куклу, перемазались в земле, пока тащили — матерились на всех языках мира… — засмеялся Седой. — Смените дозорных, и через полчаса уходим.
Парни улыбались, дослушав командира. Куклу, которую таскали бойцы, все хорошо помнили — на курсах переноска раненого была обязательной программой подготовки.
Группа продолжила движение. Погода, видимо, посчитала, что испытание метелью парни прошли достойно: буквально за несколько часов температура поднялась, и снег стал липким и тяжелым. Парни, тихо матерясь, продолжали двигаться в направлении базы.
Уже стемнело, когда группа прибыла в расположение. Полковник прошелся вдоль строя, глядя на парней.
— Как прогулялись?
— Замечательно! — рявкнули все хором.
— То есть понравилось… Что ж, в следующий раз придумаем что-нибудь поинтересней и подальше. Оружие сдать — и в баньку. Через два часа ужинать и спать. Домой пока никто не едет… Свободны.
Баньку любили все. И если командир приказывал истопить её к возвращению группы, значит, оценивал действия очень высоко. Переговариваясь, быстро сдали оружие и, заскочив в общежитие за мыльно-рыльными принадлежностями, отправились к бане.
Парились долго, с чувством, выскакивая и прыгая в снег. И хоть погода установилась теплая, а снег был совсем не пушистым, удовольствие получили все. Сидели в столовой на ужине разомлевшие и довольные.
— Сейчас бы по пятьдесят — и было бы совсем хорошо, — тихо произнёс кто-то из парней.
— И вот тогда точно — ночной марш-бросок на пятьдесят километров, и по возвращении только душ (и хорошо, если горячий)… — засмеялся Сергей.
Перешучиваясь, продолжали не спеша ужинать. Седой вошёл в столовую и присел с ребятами.
— Командир?
— Спасибо, с удовольствием!
Сергей поднялся, дойдя до раздачи, взял тарелку и стакан компота, вернувшись, поставил на стол перед командиром.
— Отдыхаем. Подъём по распорядку. Бежим кросс — десяточку, и дальше занятия по языковой практике.
— Куда готовимся, командир? — спросил Игорь.
— У тебя как с арабским?
— Практики нет, в университете это был третий язык.
— Сергей?
— Аналогично. Подтянуть то негде.
— Вот завтра сдадите английский, испанский — и с вами пообщается специалист по арабскому. А дальше будете учиться, учиться и учиться…
— А остальные ребята?
— У нас трое с португальским, но тоже практики маловато. У них тоже начнётся интересная жизнь. Ещё двое с французским… В общем, вы поняли. Боевая подготовка будет продолжаться, но основной упор — на языки. Параллельно будете изучать особенности различных стран: как себя ведут мужчины, национальные особенности и так далее.
— Командир, что-то намечается?
— В настоящее время ваше дело — учиться… Как и говорил, Новый год встречаем дома.
Дни начали напоминать учёбу на курсах. Утром — подъём, марш-бросок, спорт-городок, завтрак — и в учебные классы. Преподаватели на первом занятии прощупали уровень знаний языков, на последующих рассказывали об особенностях диалектов. Постепенно занятия стали переходить в длительные беседы на различные темы. И если урок начинался на арабском, то закончиться мог на английском. Группа была разбита на подгруппы, и с каждой занимались педагоги лучших учебных заведений, либо носители языка, а также специалисты, долгое время жившие за границей. По выходным парней отпускали навестить родных. При этом командование не доводило до группы, к чему же они готовятся.
Естественно, не забывали и про боевую подготовку: много стреляли, совершенствуя ранее полученные знания и навыки. Большое внимание уделялось рукопашному бою и психологической подготовке.
