– Где же я двенадцать за день то наберу, – чуть не плача, ответил Петров.
– Где хочешь, там и бери. А то снова без премии останемся, – отрезал майор и отключился.
– Чего делать будем, – выдержав паузу, в наступившей тишине, Козлов вопросительно поглядел на старшину.
–Чего, чего. Сами там планов на придумывают, а Петрову выполняй, – обиженно произнес старшина.
– Так может алкашей по дворам и паркам насобираем, – предложил Козлов.
– Ага, насобираем, – язвительно ответил Петров, – Прошли те счастливые советские времена, когда трудовой народ по кустам бухал. Теперь вон на каждом углу, кафе, закусочных на открывали. Сиди, пей. Все по закону. Как ты его там возьмешь?
–Тогда может на станцию съездим? Торговцев незаконных заберем, – предложил Козлов.
– Можно, конечно. Но двенадцать по любому не наберем. Ну, ладно поехали, – махнул рукой старшина и Козлов включил зажигание.
***
Подъезжая к станции, они, как и вчера, остановились под большой раскидистой ивой, откуда хорошо просматривалась вся площадь. Теперь здесь вместо деревянного павильона касс, возвышалась стеклянная башня торгового центра, перед которой в то же стеклянных автобусных остановках, сидели пассажиры. Никаких бабушек, торгующих гладиолусами и укропом, в помине не было. Зато стояло два торговых павильона с вывеской Цветы и Шаурма, над которыми возвышался большой рекламный щит с надписью: «Покупайте теткины семечки», с изображением солидной дамы в вышитом, национальном фартуке, сидящей возле мешка с семечками и протягивающей, вперед граненный стакан, тоже наполненный семечками.
– А где же торговцы, – растерянно спросил Козлов.
– Давно здесь их уже нет. Не выдержали конкуренции. Может в подземном переходе, кого и найдем, – ответил Петров, вылезая из Уазика.
Они прошли через площадь и остановились на углу торгового центра. Петров осторожно выглянул и радостно сообщил: «Вот они голубчики. Не всех еще извели». Козлов вытянул голову и заглянул за угол. Там, на таких же деревянных ящиках из-под овощей сидели несколько бабулек, с банками маринованных огурцов, пучками укропа и связками сушеных грибов, среди них выделялся бодрого вида старик, перед которым на ящике лежала оранжевая тыква и стоял большой туристический рюкзак, забитый тыквами поменьше. Чуть в стороне Козлов увидел, очень похожего на вчерашнего гражданина в сетчатой шляпе, только у этого вместо гипсового кота, сегодня был лохматый рыжий, механический. Гражданин периодически заводил его и кот смешно маршируя хриплым голосом начинал запевать: «Happy Birthday to you! Happy birthday to you! ». Когда кот замолкал, гражданин, призывно обращаясь к проходящем людям, предлагая: «Товарищи, покупайте настоящего, поющего кота. Не найдете лучший подарок к дню рождения, как детям, так и взрослым».
– Чего делать будем, – вопросительно посмотрел на старшину Козлов.
–Берем этих двоих, с тыквами и котом. Бабулек нам в план все равно никто не засчитает, – ответил Петров и выйдя из-за угла, направился к торговцам.
–Мены, шухер, – закричала бабулька со связками сухих грибов и достаточно шустро побежала вниз по лестнице в подземный переход. За ней сразу подхватились остальные. Когда Козлов со старшиной подошли к торговым рядам, там только остался дедок, пытающийся взвалить на плечо рюкзак с тыквами и гражданин с котом, у которого что-то сломалось внутри, и он никак не отключался продолжал петь и дрыгать лапами у него в руках.
– Ну, что товарищи. «Может лицензию на уличную торговлю имеете», —равнодушным голосом спросил Петров.
– Ничего мы не имеем, – угрюмо ответил дедок и поставил рюкзак на землю.
– Что-то там у тебя кот все не успокоится, – перешел на гражданина с котом Петров.
– Да, китайский механизм, все время ломается. – Ответил гражданин и достав из кармана, перочинный нож, открыл крышку на спине кота и вытащил батарейку. Кот прохрипел еще что-то напоследок, похоже по китайский и затих.
–Ну, что товарищи. Тогда предлагаю пройти к машине. Проедем в отделение. «Там вас оформят и отпустят, – миролюбиво произнес старшина и приказал Козлову, – А ты сержант, помоги дедушке тыквы донести».
Козлов взвалил на плечо достаточно тяжелый рюкзак, и они направились к уазику.
– Двое есть. А надо еще десять, – закрывая за задержанными, задние двери Уазика, Козлов вопросительно посмотрел на старшину, – Где остальных будем добирать?
– Не знаю. Поехали в парк Павлика Морозова, – взглянул на часы старшина, – Уже два часа как винные отделы открыли. Может там кого ещё подберем.
Доехав до парка, они объездили все самые глухие дорожки, но задержать удалось всего двух пацанов азиатов, без регистрации, евших арбуз в кустах и вернулись на главную аллею. Проезжая мимо скамейки шахматистов, Петров приказал остановиться. Шахматисты все также стояли над шахматной доской, на которой среди шахматных фигурок стояли три пластиковых стаканчика, а из растопырившегося кармана одного из них выглядывало горлышко бутылки.
–Распиваем в общественных местах, товарищи гроссмейстеры, – язвительно произнес Петров, разглядывая притихших шахматистов. – Придется проехать в отделение.
