–Слушай старшина, может сыграем блиц. Выиграешь. Твои три стольника и забираешь нас в отделение. Проиграешь, отпускаешь, – хитро прищурившись, предложил дедок, владелец шахмат.
– Идет, – немного подумав, согласился Петров, – Только играть буду с этим. -Он указал на шахматиста с бутылкой в кармане.
Дедок быстро расставил фигуры на доске и зажав в руках пешки, протянул их вперед перед Петровы: «Выбирай».
Петров хлопнул по левой руке.
– Ваши белые, старшина, – раскрыл руку дедок.
– Это хорошо, – довольным тоном произнес старшина и приказал: «Только все остальные отошли в сторону. А то будут тут подсказывать».
Дедок и другой шахматист переместились на соседнюю скамейку, а Петров с серьезным лицом склонился над доской и сделал первый ход.
Козлов, достал сигареты, и закурил. В это время сзади, в перегородку, отделяющую салон от задержанных, тихо постучали. «Чего надо», – отодвинул окошко Козлов.
–В туалет надо дяденька. Не можем больше. Очень сочный арбуз попался, – раздался в ответ жалобный голос одного из азиатов.
– Сейчас открою, – ответил Козлов и выйдя из машины, открыл заднюю дверь и выпустив двух пацанов, подвел их к кустам у аллеи. И тут, в это время, из кабины голосом Бахрамова захрипела рация: «Третий, третий. Петров, слышишь меня?»
Козлов в нерешительности остановился. А когда из рации донесся отборный мат, бросился к уазику и схватил рацию:
–Третий слушает, – поднес он рацию к губам. – Это не Петров. Это сержант Козлов.
– Что там с планом, выполняете?
– Нет пока. «Четверых только задержали, товарищ майор», – произнес Козлов и в это же время, двое азиатов, перепрыгнули через кусты и скрылись в зарослях парка. – Я хотел сказать, двоих, – запинаясь, уточнил Козлов.
–Понятно. Значит план собственными силами не выполним, – вздохнул Бахрамов, – Ладно. Придется обращаться к омоновцам за помощью, – и рация отключилась.
«Вам мат, товарищ старшина», – раздался со скамейки радостны голос шахматиста.
– На сегодня все свободны. До следующего раза, – вставая, произнес Петров и погрозив пальцем шахматистам вернулся к Уазику.
– Бахрамов, что ли звонил, – подойдя и закуривая, он хмуро посмотрел на Козлова. – Чего хотел?
– Сказал, что раз план не выполняем, будет к омоновцам обращаться.
– Это правильно. Сразу надо было так, – Петров, приоткрыв дверь, заглянул внутрь, – А узбеки где?
– Сбежали, – вжал голову в плечи Козлов.
–Ну, а этих тогда какой смысл возить, – Петров оглядел внимательно задержанных и поманил их рукой, – Вылезайте давайте.
– Зачем, – испуганно переспросил бравый дедушка с рюкзаком.
–На сегодня свободны, – устало ответил Петров, – Можешь тыкву одну оставить. Если не жалко. У меня соседка из нее кашу варит.
– Не жалко, – радостно ответил, дедушка, вылезая и доставая из рюкзака самую большую тыкву.
– А это вам, – следом за ним, вышел гражданин в шляпе, протягивая Козлову рыжего кота. – Я его отремонтировал. Он теперь работает. Надо только рычажок переключить на спине и все.
Козлов взял кота, покрутил его в руках и найдя рычажок, щелкнул им и поставил кота на асфальт. Тот постоял немного и запел хриплым голосом, маршируя на месте: «Happy Birthday to you! Happy Birthday to you!»
– Ладно. Заканчивай этот цирк, – докурив, произнес Петров, – Поехали.
Козлов выключил кота и сунув его в отделение для задержанных, сел за руль.
***
Они еще пару часов покружили по району и Петров приказал остановиться у ларька «Шаурма», из которого тут же выбежал пожилой узбек в сером фартуке, с промасленным бумажным пакетом.
–Приятного аппетита начальник, – протягивая пакет, заулыбался золотым ртом узбек.
–Это не твои там басмачи в парке Павлика Морозова арбуз ели без регистрации, – забирая пакет, делано строго спросил старшина.
– Племянники мои. Вчера только приехали. Завтра будет регистрация, – виновато ответил узбек и обтерев об фартук руки, вытащил из кармана свернутые в трубочку ассигнации и незаметно сунул их старшине в нагрудный карман.
– Ты, уж присматривай за ними, Бек, – кивнул в ответ Петров и приказал Козлову: «Поехали сержант, вниз по улице. Там рация не берет. Перекусим хоть спокойно».
Козлов переехал на другую сторону и спустившись до конца улицы, остановился под раскидистым кленом, свисавшим ветвями над дорогой. Старшина вытащил из кармана, свернутые в трубочку деньги и развернув, отдал несколько бумажек Козлову, а потом раскрыв пакет, вкусно пахнущей горячей шаурмой: «Давай, бери».
–Спасибо, товарищ старшина, – благодарно улыбнулся Козлов, вытаскивая большую скрутку шаурмы.
– Да, ладно. Заработал, – вытаскивая вторую, кивнул в ответ Петров. – Включи музыку. Только наше что-нибудь найди.
Козлов нажал кнопку на старенькой магнитоле, вмонтированной в панель и стал крутить ручку настройки. Приемник сначала шипел, а потом вдруг запел низким, грудным голосом Пугачевой про лететь с одним крылом.
– О, оставь эту, – растянулся в блаженной улыбке старшина, – Я когда-то давно, в твоем возрасте еще, жениться на ней мечтал.
– И чего не женились, – автоматически спросил Козлов.
– Пошутил что ли, – старшина, искоса посмотрев на Козлова.
