- Меган, ты можешь идти. - Отпустила камеристку леди Айлентина.
- Да, миледи. - Коротко присела Меган и ушла.
- Она не обладает такой стойкостью как я против вас, милорд. - Сказала леди Айлентина глядя в след камеристке.
- Ну вы вообще редкая женщина, миледи. - Седрик говорил откровенно.
- Что это с вами, милорд? - Удивленно остановилась леди Айлентина. - Вы говорите комплементы? Впрочем это не важно! - Не дала она ответить мужу. - Я, с вашего позволения, иду к себе.
- Я провожу вас. - Предложил Седрик.
- Как хотите, милорд. - Ответила леди Айлентина.
Они долго шли молча по длинным лестницам и переходам. И Седрику очень не хотелось чтобы жена начала расспрашивать его о поездке в город. Но вместе с тем ему хотелось испытать судьбу и узнать, что она и как будет спрашивать. Наконец он не выдержал сам.
- Вы не спросили меня, что я делал в городе, миледи.
- Милорд, вы же сказали сами, что будете посвящать меня в свои дела, когда сочтете нужным - леди Айлентина была спокойна.
У Седрика отлегло от сердца и стало легче на душе. Не смотря на свое великолепное настроение он чувствовал себя провинившимся школяром. И он начал ей рассказывать об осмотре городских укреплений вместе с шерифом. О планах ремонтных работ и о городе. Пока он рассказывал они дошли до спальни. Седрик открыл перед женой дверь. Шившая у окна Меган встала. Леди Айлентина сразу же увидела на столе великолепный отрез бледно-желтого шелка в тончащую матово-зеленую и золотую полоски. Такая ткань очень подошла бы для нижнего платья.
- Что это? Откуда это, Меган? - Леди Айлентина посмотрела на камеристку.
- Я не знаю, миледи. Когда я пришла, ткань уже лежала на столе. - Пояснила она.
- Это я положил, миледи. - Седрик закрыл дверь войдя в спальню. - Я привез вам из города подарок.
- Зачем ?- Удивилась Айлентина. - Я не сделала ничего такого за что полагаются подарки.
- Почему обязательно что-то нужно делать? - Не согласился Седрик. - Подарки можно дарить и просто так. Разве нельзя поблагодарить и принять его? - Он вопросительно посмотрел на жену.
И леди Айлентина в свою очередь смотрела на мужа в упор. Это был не простой подарок. Не лакомство в виде орехов. А подарок! Красивый дорогой!
- Благодарю вас, милорд. - Слегка склонила она голову в поклоне. - Если вы не возражаете, милорд, я хотела бы переодеться к обеду.
- Да, конечно, миледи. - Согласился Седрик. - Оставляю вас на попечение камеристки. Не бойтесь меня, леди Меган. Я не варвар и не такой уж злой. - Сказал Седрик камеристке и ушел в зал ждать скорого обеда.
Оставшись вдвоем с Меган Айлентина долго смотрела на ткань, но так и не притронулась к ней.
- Меган. - Она по-прежнему смотрела на полосатый шелк. - Ты помнишь синий сундук?
- Тот с жуткими уродливыми зверями и цветами, миледи? - Камеристка тоже подошла к столу.
- Да. - Кивнула Айлентина. - Где он?
- Не знаю, миледи, - Пожала плечами Меган. - Кажется вы велели перенести его на чердак.
- Распорядись, чтобы его нашли и привели в порядок. - Велела Айлентина. - Пусть его поставят в угол спальни, Меган. Ты будешь теперь складывать в него подарки от его светлости. Начиная с этой ткани.
- Вы думаете, что подарков будет много? - спросила камеристка.
Герцогиня усмехнулась.
- Поверь, Меган, каждый раз, когда его светлость будет ночевать в Питерборо он будет мне что-то привозить.
- Вы думаете, миледи, что у его светлости... ах! - Меган прижала пальцы к губам, боясь высказать свою мысль.
- Я уверена в этом, Меган. - подтвердила догадку камеристки Айлентина и села к окну вышивать свой гобелен. - Да, Мэг, и приготовь небольшую шкатулку для драгоценностей. Ее ты тоже будешь ставить в синий сундук.
Часть 2
Глава 24
Айлентина нисколько не ошибалась. Седрик действительно привозил ей подарки, каждый раз, как оставался ночевать в Питерборо. И в синем сундуке появилось еще два отреза шелка, дорогое брабантское кружево, не менее дорогое серебряное блюдо с чеканкой, серебряные кубки, а в шкатулке золотая круглая брошь с семью сапфирами по виду очень напоминающуюся римскую фибулу ( застежку для плаща) и перстень с сапфирами.
Седрик все больше увлекался Джинни. Делал вдовушке небольшие подарки и она была счастлива. Но Седрику все равно чего-то не хватало. В нем одновременно уживались возбуждение и радость от встреч с Джинни и смутное чувство вины перед Айлентиной, хотя она и дала ему свободу. Седрик пытался заглушить чувство вины, делая жене дорогие подарки, каждый раз после того, как проводил ночь с Джинни. Но он даже представить себе не мог, что Айлентина, не то, что не рассмотрела, а даже не прикоснулась ни к одному из них. И все они прячутся в отдельный сундук камеристкой жены.
