В академических феминистских кругах на такие вопросы часто отвечают: «Мы не знали, кого позвать». Но это всё то же уклонение от ответственности, всё та же отговорка, из-за которой искусство Черных женщин не попадает на женские выставки, работы Черных женщин – в большинство феминистских публикаций, кроме эпизодических «специальных выпусков о женщинах Третьего мира», а тексты Черных женщин – в ваши списки для чтения. Но как заметила Адриенна Рич в недавней лекции, за последние десять лет белые феминистки восполнили свои пробелы в образовании по такому огромному множеству вопросов; почему же вы ничего не узнали о Черных женщинах и о различиях между нами – белыми и Черными, – когда это имеет ключевое значение для выживания нашего движения?
Сегодня от женщин всё еще требуют, чтобы они латали дыры мужского невежества, просвещая мужчин по вопросам нашего существования и наших потребностей. Это старое и первейшее орудие всех угнетателей – занимать все мысли угнетенных делами хозяина. Теперь мы слышим, что женщины Цвета должны просвещать белых женщин – перед лицом колоссального сопротивления – в вопросах нашего существования, различий между нами и того, какие роли мы играем по отношению друг к дружке в нашем общем выживании. Это растрата сил и трагическое повторение расистской патриархальной мысли.
Симона де Бовуар однажды сказала: «Именно в знании подлинных условий нашей жизни мы должны черпать силу жить и причины действовать»[124].
Расизм и гомофобия – реальные условия нашей жизни здесь и сейчас.
Большая часть западной европейской истории приучает нас воспринимать различия между людьми как упрощенные противопоставления: господство/подчинение, хорошие/плохие, наверху/внизу, достойные/неполноценные. Если благо в обществе определяется в контексте прибыли, а не человеческих потребностей, то в нем всегда должна быть такая группа людей, которая в результате систематического угнетения будет чувствовать себя ненужной и занимать место дегуманизированных и неполноценных. В нашем обществе эта группа состоит из Черных, людей Третьего мира, рабочих, пожилых и женщин.
Как сорокадевятилетняя Черная лесбиянка, феминистка и социалистка, мать двоих детей, в том числе одного мальчика, состоящая в межрасовых отношениях, я обычно оказываюсь в группе, которую определили как другую, девиантную, неполноценную или просто неправильную. Традиционно в американском обществе именно от представительниц угнетенных, объективированных групп ожидают, что мы будем прилагать усилия и преодолевать разрыв между реалиями нашей жизни и сознанием угнетателя. Ведь чтобы выжить, тем из нас, для кого угнетение – это так же по-американски, как яблочный пирог, приходится быть наблюдательными, усваивать язык и нравы угнетателя, иногда даже перенимая их ради некой иллюзии защищенности. Всякий раз, когда возникает потребность изобразить нечто вроде коммуникации, те, кто получает выгоду от нашего угнетения, призывают нас делиться с ними нашим знанием. Иными словами, объяснять угнетателям их ошибки – обязанность угнетенных. Это я должна просвещать учительниц, которые в школе обесценивают культуру моих детей. От Черных людей и людей Третьего мира ожидается, что мы будем объяснять белым, что мы тоже люди. Женщины должны просвещать мужчин. Лесбиянки и геи должны просвещать гетеросексуальный мир. Угнетатели держат позицию и уклоняются от ответственности за свои действия. Так мы постоянно растрачиваем силы, которые лучше было бы направить на то, чтобы переопределять себя и разрабатывать реалистичные сценарии изменения настоящего и построения будущего.
Институционализированное отвержение различий абсолютно необходимо для экономики прибыли, которая нуждается в отверженных как лишних людях. Как участницы такой экономики, все мы приучены отзываться на различия между людьми страхом и отвращением и справляться с таким различием одним из трех способов: игнорировать его, а если это невозможно – перенимать его, когда мы считаем его атрибутом господства, или же уничтожать, если мы видим в нем признак подчиненности. Но у нас нет шаблонов для того, чтобы строить равные отношения поверх различий между людьми. Так что эти различия неправильно называют и используют, чтобы разделять и запутывать.
