– Я прекрасно понимаю ваши страхи, но поверьте мне, прожив много лет здесь и имея обширную практику, могу с полной уверенностью гарантировать, что ваша новость отнюдь не стала для меня шоком. Не станет она шоком и для большинства проживающих здесь людей. Советую вам поговорить со своей крестной. Миссис Престон – сложный человек, это правда, но она – светская женщина в полном смысле этого слова. И к тому же у нее доброе и отзывчивое сердце.
Сесили молча откинулась на подушки. Она была слишком подавлена, и у нее не было подходящих слов, чтобы описать весь свой ужас и стыд.
– А кто же отец? Полагаю, кто-то из местных, да?
– Я… Нет! Он не отсюда. Я познакомилась с ним в Англии. Но нет! Он не станет… Не захочет брать на себя ответственность. Он помолвлен с другой женщиной… Об этом я узнала уже после того, как…
Сесили умолкла, не смея даже взглянуть на доктора Бойля, который смотрел на нее с откровенным сочувствием.
– Я понимаю, отлично понимаю, как вы потрясены, – заговорил он наконец. – Однако вы далеко не первая и – увы! – не последняя молодая особа, которая оказывается в столь затруднительном положении. Уверен, вы найдете разумный выход из него; большинство находят.
– А есть ли… способ, чтобы… ребеночек не появился на свет?
– Если вы спрашиваете меня, возможен ли в вашем случае аборт, то сразу же заявляю вам со всей ответственностью: это не только противозаконно, но еще и очень опасно. Думаю, вам придется смириться, принять как данность, что приблизительно через семь месяцев у вас появится ребенок, и, соответственно, выстроить все ваши дальнейшие планы. У вас есть родители?
– Да, они живут в Нью-Йорке.
– Тогда, наверное, вам следует подумать о скорейшем возвращении в Америку, с учетом всего того, что сейчас происходит в Европе.
Сесили ничего не ответила. В голове у нее царил полнейший сумбур. Какие уж тут планы на будущее, если она вообще не могла ни о чем думать?
– Вынужден откланяться, милая. Но на прощание еще раз настоятельно советую вам переговорить обо всем с крестной и всецело довериться ей. Она ведь вам сейчас вместо матери, как говорится,
Доктор положил свою визитку на прикроватную тумбочку рядом с Сесили.
– Спасибо, доктор. Я ведь должна заплатить за… эту консультацию, не так ли?
– Разберемся с этим позднее, когда вы уже вернетесь к себе домой. И последнее. Если вы все же решите остаться в Кении, то буду рад наблюдать за вами весь срок вашей беременности. Всего вам доброго, милая.
Сесили молча проследила за тем, как доктор Бойл вышел из комнаты и плотно закрыл за собой дверь. Потом она бездумно уставилась в стену напротив своей кровати. На стене висела какая-то мазня, картина, изображающая воина из племени масаи, стоящего над телом убитого льва, с копьем, которое он вонзил в бок животного.
Несмотря на духоту, царившую в комнате, Сесили чувствовала, что ее руки холодны как лед. Она сбросила с себя простыню, потом приподняла ночную сорочку и стала осторожно ощупывать обеими руками свой живот. Интересно, а что она должна чувствовать, будучи беременной? Она и понятия не имела. Может, стоит спросить у Мейми…
«
– О господи боже мой… – с отчаянием пробормотала Сесили, потом свернулась на кровати клубком, отвернувшись от двери, будто хотела оградить себя от новых дурных новостей, которые могут просочиться через нее. – Что я только натворила? Что натворила? – затрясла она головой.
В дверь снова постучали, слезы застилали глаза, и потому Сесили никак не отреагировала на этот стук.
– Сесили, это я, Кики. Можно войти?
– Нет, нельзя, – прошептала Сесили, обращаясь скорее к самой себе и раскачивая головой из стороны в сторону. Дверь за ее спиной неслышно отворилась и так же тихо закрылась.
– Ах, моя бедная девочка! Ангел мой… Что случилось?
– Пожалуйста, Кики… Умоляю вас… Оставьте меня одну…
– Что такого ужасного сказал тебе доктор Бойль? Что-то срочное? Я только что столкнулась с ним в коридоре, когда приехала в клуб на завтрак… Сейчас же велю послать за ним и расспрошу его обо всем сама.
–
– Хорошо. – Кики сделала еще один шаг к кровати. – Значит, у тебя нет малярии?
– Нет.
– И холеры тоже нет?
– Нет.
– И это не рак?
– Нет, Кики, рака у меня нет, честное слово. Доктор Бойль заверил меня, что я вполне здорова. Пожалуйста, не переживайте из-за меня, ладно? Со мной все будет в порядке.
