На какое-то время оба замолчали, разглядывая разноцветную толпу гостей.
– Они сейчас так похожи на стаю фламинго, опустившихся на озеро Накуру. Тоже сгрудились в одну кучу, чтобы посплетничать всласть и снова разлететься кто куда, затаиться в своих гнездах, сокрытых в горах, предварительно накачав себя спиртным и нажравшись до отвала, – обронил Билл саркастическим тоном. – Как вы догадываетесь, я не сторонник такого времяпрепровождения. Но поскольку я хорошо отношусь и к Бобби, и к Кэтрин, то вот счел своим долгом немного нарушить привычный стиль жизни, упрятать свое презрение ко всем этим людишкам куда поглубже и отметиться здесь на какой-то час-другой.
– Сегодня вы приехали сюда без Найгаси? – спросила Сесили.
– Как раз приехал я вместе с ним. Он сейчас сторожит мой пикап, чтобы мы с ним могли в любую минуту незаметно улизнуть отсюда прочь.
– А почему же вы не пригласили его сюда?
– С удовольствием пригласил бы, мисс Хантли-Морган, если бы только мог. Но в этом клубе действует жесточайший запрет на членство в клубе всем черным. Довольно нелепая ситуация, вы не находите? Особенно если вспомнить, что вся прислуга в клубе из местных. Да и обитают они на этих землях с незапамятных времен. Их здесь многие сотни тысяч, и они живут в своей стране в отличие от нас. Но вот они, издержки колониализма в их чистом виде. Именно отсюда проистекает все наше чванство и высокомерие по отношению к аборигенам. Я прав?
– Наверное. Хотя, думаю, ваша королева Виктория тоже внесла свой вклад в такое положение вещей.
– Пожалуй, да. – Билл бросил на нее внимательный взгляд. – Должен признаться, никак не ожидал встретить в вас большого знатока истории.
– Я специализировалась по истории в колледже Вассар, – ответила Сесили, впервые мысленно поблагодарив отца за то, что она в свое время прислушалась, когда он сказал, что, по его мнению, история – более подобающий предмет изучения для девушки, чем экономика.
– Вот как? Вы учились в колледже? Ну и ну! – Билл взял бокал шампанского с подноса подошедшего к ним официанта. – Позвольте поинтересоваться, что же вы собираетесь делать дальше со своим образованием?
– Ничего не собираюсь, – пожала плечами в ответ Сесили. – А что может сделать женщина, даже имеющая за плечами образование?
– Но вы же сами только что изволили заметить, что наша Британская империя, к примеру, была создана женщиной, – резонно возразил Билл.
– К несчастью, я не императрица. Впрочем, я бы и не хотела ею быть. Никогда!
– Считаю своим долгом сообщить вам, что среди той публики, которую вы сейчас лицезрите, много «императриц». Во всяком случае, они сами себя таковыми считают. Да и императоров тоже хватает. Легко быть большим карасем в небольшом пруду, особенно если рядом с тобой полно всякой мелкой рыбешки, которая так и плещется вокруг тебя, сгорая от нетерпения угодить и всегда готовая быть на вторых ролях. Взгляните вон туда, моя дорогая. – Билл указал на Джосса Эрролла, по-прежнему подпираемого с двух сторон Айдиной и Алисой. – Вот этим троим пришлось научиться делиться друг с другом, если вы понимаете, что именно я имею в виду.
– Кажется, понимаю.
– Что ж, не стану вас больше отвлекать от самого грандиозного светского события этого года. Тем более я сильно сомневаюсь, что впереди нас ждет много подобных развлечений. Наслышан, что немцы уже вошли в Прагу. Словом, мы на грани новой мировой войны. На вашем месте я бы поспешил к себе домой, в Америку, пока еще не поздно.
– О боже! – Сесили с ужасом уставилась на Билла. – Кто вам сказал?
– Между прочим, Джосс Эрролл. Он мой давний приятель. Кстати, в свое время именно он уговорил меня отправиться сюда и обосноваться в Африке. Он ведь является заместителем директора центрального комитета по распределению людских ресурсов для обеспечения обороны страны. Причем он и планирует это самое распределение как среди военных, так и среди гражданских лиц. Само собой, я клятвенно пообещал ему держать язык за зубами и не болтать лишнего. Он не хочет омрачать плохими новостями столь радостное событие для новобрачных и этот совершенно особый для них день, но… Но, как говорится, шила в мешке не утаишь. Боюсь, знаменитое заявление Чемберлена о том, что он привез нам мир «на вечные времена», оказалось пустой болтовней, и только. Что ж, я явил свое лицо на сегодняшнем мероприятии, могу удалиться с чистой совестью. Пора возвращаться к себе на ферму и начинать считать, сколько голов моего скота может понадобиться уже в ближайшее время доблестной британской армии для успешного ведения военных действий, ибо я убежден в том, что война неминуема. Всего вам доброго, Сесили.
Билл отвесил ей вежливый поклон и исчез тем же путем, что и появился, затерявшись в кустах гибискуса.
