– Это социальный инспектор, которая курирует Ванессу, – пояснил мне Майлз, выбираясь из машины, чтобы поздороваться с женщиной. Меня же он заранее попросил из машины не высовываться и особо не светиться, дальнейшим обустройством Ванессы займется сама Ида. Потому как для девушки совсем нежелательно, чтобы ее сразу же заметили в обществе всемирно известной фотомодели: это может создать дополнительное напряжение в ее отношениях с другими обитателями центра реабилитации.
– Шикарная женщина, – прокомментировала я, бросив еще один взгляд на инспектора, и увидела, что Ванесса буквально трясется от страха.
– Ты ее не знаешь! Это самая настоящая ведьма! Если бы я знала, что сюда приедет Ида, то ни за что бы не полетела, лучше бы осталась там, в больнице, – невесело пошутила Ванесса. – Я же знаю, все равно ничего у меня не получится, не сможете вы сделать из меня чистенькую.
Она пошарила в кармане своей куртки худи, достала оттуда пачку сигарет и зажигалку и с жадностью закурила.
– Знаю, тебе придется нелегко, но… – Я замялась в поиске подходящих слов. Что бы ей такого сказать хорошего на прощание? – Знаешь что, Ванесса? Я ведь приехала сюда ради тебя, и Майлз тоже. И
– Да это ты сейчас так говоришь… Просто для того, чтобы что-то сказать. А как только выедешь за ворота, так сразу же и забудешь про меня. Будешь крутиться среди всех этих богатых и знаменитых…
– Но я же пока тебя не забыла. Разве не так? Вот! – Я порылась в своей сумочке и достала оттуда бейсболку от фирмы «Барберри», которую мне прислал мой стилист несколько месяцев тому назад. Само собой, я такую не напялю на себя никогда. Но Ванессе, думаю, вещица понравится.
Она глянула на бейсболку, потом пощупала рукой материю.
– Она реально от «Барберри»?
– Конечно.
– Круто! – Ванесса тут же напялила бейсболку на голову, и в ее глазах промелькнуло чисто детское удовольствие от подарка, промелькнуло и тут же погасло. – Так это мне?
– Тебе-тебе! – заверила я.
– Никто же не поверит, что она настоящая. А если и поверят, то решат, что я сперла у кого-то. – Ванесса подавленно опустила плечи и загасила окурок.
– Главное, что
– Я… – Ванесса взглянула на меня, и я увидела слезы в ее глазах. – Уже иду.
– Я буду с тобой на связи постоянно, обещаю! – сказала я и, обхватив ее худенькое тельце, прижала к себе что есть силы.
Она открыла дверцу, вышла из машины и подошла к Майлзу и Иде, которая тоже обняла ее. И у меня сразу же полегчало на душе. Майлз, заметив мой взгляд, приложил воображаемый телефон к уху и беззвучно проартикулировал губами:
– Я вам перезвоню.
А потом они все трое направились по ступенькам крыльца к парадному входу.
– Можно ехать, мэм? – спросил у меня водитель.
– Да, – кивнула я в знак согласия. Когда машина развернулась, чтобы тронуться в обратный путь, я слегка приоткрыла форточку, чтобы проветрить салон от сигаретного дыма. И в этот момент Ванесса повернулась ко мне лицом и бросила прощальный взгляд. Ее худенькое личико исказила гримаса страха.
– Люблю тебя, – послала я воздушный поцелуй, глянув на нее. Машина между тем уже набрала скорость и быстро покатила в сторону ворот. Я сглотнула слезы, чувствуя себя эдакой мамашей, которая привела ребенка в школу в самый первый раз и оставляет его там. И в каком-то смысле так ведь оно и есть.
Хорошо, что на следующий день у меня была фотосессия, потому что вчерашняя поездка в Дикс-Хиллз оставила у меня тяжелый осадок. Такое дежавю с тем, что испытала я сама, приехав впервые в «Рэнч». Однако то, что мне удалось отыскать в интернете, немного успокаивало: все в один голос превозносили этот центр до небес. Профессионалы, те вообще считают, что это самый лучший реабилитационный центр в штате Нью-Йорк, в котором занимаются реабилитацией наркоманов «из неблагополучных семей», как их назвала в одной из своих публикаций «Нью-Йорк Таймс». Майлз перезвонил мне по возвращении, сказал, что Ванесса довольно спокойно прошла процедуру знакомства с теми девушками, с которыми она будет жить в одной комнате.
– Все же хорошо, – добавил он, – что в больнице, где она пролежала столько времени, им удалось стабилизировать ее психологическое состояние, а потому ее сразу определили в среднюю группу.
На языке юриста «средняя группа» означала, что Ванессе не придется снова проходить этап детоксикации в специально отведенном для этой цели корпусе, в котором, по информации из того же интернета, имеются особые палаты, обитые войлоком, как в психиатрических больницах.
