– Шампанского? – тут же предложила Кики, стоило Сесили приблизиться к столу. Крестная мать коротала время в одиночестве, бутылка шампанского в ведерке со льдом и пачка «лаки страйк», судя по всему, составляли весь ее утренний рацион.
– Нет, спасибо. У меня еще полный живот после обеда.
– Пожалуйста, прими мои извинения, дорогая. – Кики глубоко вздохнула, отхлебнула большой глоток шампанского и тут же потянулась за своим мундштуком. – Вечеринка вчера затянулась допоздна.
Сесили подумала про себя, что на самом деле Кики не испытывает никаких угрызений совести на сей счет.
– Ну и как тебе мои друзья? Надеюсь, они были обходительны с тобой? Во всяком случае, я их настоятельно просила об этом.
– О, все очень милые люди. Спасибо, все было хорошо.
– Между прочим, ты сразу же приглянулась Алисе. Представь, завтра она приглашает нас на чай на свою ферму Ванджохи. А тебе самой Алиса понравилась?
– Весьма. По-моему, она очень интересная женщина…
– Что да, то да! Знаешь, несколько лет тому назад ее судили за то, что она выстрелила в своего любовника прямо на железнодорожном вокзале в Париже.
– Бог мой! Так это была она? – Сесили тут же вспомнила, что рассказывала ей мама об этом скандальном происшествии.
– Да, это была именно она. К счастью, она стреляла в Париже, в городе, где хорошо понимают, что такое настоящая любовь. А потому ее не упекли в тюрьму за совершенную попытку преднамеренного убийства. Нет, она на самом деле сумасшедшая, эта женщина… Но я все равно ее обожаю.
– Она рассказывала мне, что однажды держала у себя детеныша льва в качестве домашнего любимца.
– Ах, это! Милый крошка Самсон… Да, было такое… Она отпустила его на волю лишь тогда, когда он стал каждую неделю уминать по две зебры. – Кики сделала еще один глоток шампанского. – Алееки хорошо за тобой ухаживает?
– О да! Выше всяких похвал. Чудесный человек! – поспешила Сесили похвалить слугу. – Кстати, а как отсюда можно отправить письмо родителям?
– Нет проблем. Отдай письмо Алееки, и он сделает все как надо.
– Хорошо! А где здесь ближайший город?
– Все зависит от того, что тебе надо. Самый ближайший населенный пункт от нас – это Гилгил, но это железнодорожный узел, и там день и ночь грохочут поезда. Потом, конечно, Найроби, город, в котором мы вчера приземлились. А еще Ниери, он несколько дальше от нас, по другую сторону горного хребта Абердаре. Но зато он пользуется особой популярностью у всех обитателей Долины Ванджохи.
– Долина Ванджохи?
– Ну, да. Именно там и живет большинство моих вчерашних гостей, включая Алису. Завтра увидишь эти места своими глазами, когда мы поедем к ней на чай. К сожалению, сегодня я не в самой лучшей форме. Наверное, как и у тебя, сказываются все тяготы нашей поездки, не говоря уже о недавно перенесенном бронхите. Алееки покажет, где у нас тут библиотека, если ты захочешь что-то почитать. А мы с тобой встретимся за ужином ровно в восемь. Ладно?
– Ладно.
И, словно по волшебству, хотя Сесили и не заметила, чтобы Кики дала какой-то знак, перед хозяйкой тут же возник Алееки. Кики медленно поднялась со своего места и, взяв его за руку, побрела обратно в дом.
Одеваясь к ужину, Сесили продолжала размышлять обо всем, что ей было известно о своей крестной матери. Владелица огромного состояния, наследница, более того, связанная родственными узами с такими знаменитыми семействами, как Вандербильты и Уитни. С первым своим мужем Кики развелась и вскоре вышла замуж за Джерома Престона: когда-то еще совсем юной девушкой Сесили встречалась с ним. Помнится, он поразил ее тогда своей красотой и живым, общительным нравом. Вся их семья была потрясена, когда они узнали о его внезапной и неожиданной смерти, случившейся пять лет тому назад. А вскоре, буквально спустя пару лет, за ним последовал свояк Кики, муж ее сестры. И наконец совсем недавно в страшную автомобильную аварию попал Уильям, любимый кузен крестной, после этой аварии его полностью парализовало.
И вот сейчас, в эту самую минуту, Кики лежит в своей спальне в нескольких ярдах от Сесили, пребывая в полном одиночестве.
– И она такая печальная, – грустно вздохнула Сесили. Это откровение пришло ей в голову неожиданно, и она снова меланхолично повторила: – Она такая печальная.
– К сожалению, хозяйке сегодня опять нездоровится, – объявил Алееки, стоило Сесили в полдень следующего дня появиться на террасе. Сесили уже была готова отправиться на чай к Алисе на ее ферму.
– Какая жалость! Надеюсь, ничего серьезного?
– Нет-нет, все в порядке,
Алееки держал перед собой две объемные плетеные корзины, одну, уставленную бутылками с шампанским, а во второй, прикрытой сверху белой льняной салфеткой, наверняка всякие вкусные деликатесы, как предположила Сесили.
