– Думаю… – Он остановился. – Думаю, Артур мечтал избавиться от своего наследия, если выпьет из Грааля.
– Его наследие. Он сын Игрэйн и Утера Пендрагона. С чего бы ему от этого избавляться?
– Утер Пендрагон был наполовину демоном, ту же кровь унаследовал и Артур. То, к чему он испытывал глубочайшее отвращение.
Я затаила дыхание.
– Этого я не знала.
– Конечно, нет. Это не тот факт, который он хотел бы предать огласке. Об этом было известно его жене Гвиневре и, разумеется, Ланселоту, его лучшему другу.
И мужчине, любившему жену Артура. У Ланселота и Гвиневры так же не случилось хеппи-энда, как и у Мерлина с Вивианой.
– Артур так и не отыскал настоящий Грааль, верно?
Эзра покачал головой.
– Нет, не отыскал. Вместо этого он и его рыцари сражались с демонами. Мне кажется, он старался истребить их всех до единого, потому что не мог убить ту часть, что жила внутри него.
– А если бы он нашел Грааль, то сумел бы уничтожить в себе все демоническое? – скептично переспросила я.
Эзра задумался и целеустремленно повел меня вперед.
– Отец Артура, Утер Пендрагон, в своем демоническом обличье перевоплощался в пятиглавого дракона. Полагаю, от подобного наследия так легко не отделаться. Даже при помощи магического кубка.
– А Артур? Какую форму принимал он?
– Не осталось никаких свидетельств. Он устранил все, что намекало на его изъян. Не желал, чтобы его запомнили таким. По этой же причине он обратился в христианскую веру и не зачал ребенка с Гвиневрой. Хотел, чтобы его род оборвался.
– Он наказал свою жену за то, что не принимал в себе самом. Ничего удивительного, что она влюбилась в Ланселота.
Эзра посмотрел на меня, нахмурившись.
– А ты что, считаешь иначе? – сердито спросила я. – В те времена для женщины считалось ужасным быть бесплодной и не подарить королю наследника. Это наверняка была пытка для нее.
– Вполне возможно. Но он ее любил. Даже очень.
Эзра – последний человек, с которым мне хотелось рассуждать о любви и ее неприятных последствиях.
– Почему он, кстати, назначил Мерлина советником, раз так сильно ненавидел демонов?
– Потому что от него ему не нужно было прятаться.
Я кивнула.
– Только вот тупо, что Артур завел сына от своей единоутробной сестры, – ехидно процедила я. – И его род не вымер. Так ему и надо.
Эзра тихо усмехнулся:
– Я смотрю, мы сегодня немножко злобные.
– А тебя это удивляет, да? Твой друг-демон уже сообщил, что ты засунул меня в ящик с надписью «Нежные девушки», – парировала я.
– Не засовывал я тебя ни в какой ящик. – Он вздохнул. – Ты на это разозлилась? Еще ты казалась мне храброй и так сопротивлялась болезни. Обычно лихорадка входит в полную силу намного раньше, ты же в курсе.
Я кивнула.
– Но несмотря на храбрость и упрямство, ты и нежная тоже. Вообще не думаю, что это оскорбление. Ты добрая и сострадательная…
– Да-да. Порядок. – Я рассмеялась, отчего Эзра улыбнулся. – До меня дошло. «Нежная» – это суперкрутое качество.
– Вот именно, – тихо произнес он и поцеловал меня в висок. Чувства, которые пробуждали во мне его губы, дотрагиваясь до моей кожи, можно было описать как угодно, но не нежными.
По стеклянным стенам начали стекать капли воды, похожие на слезы, а недалеко от нас бесшумно распахнулась дверь, и в коридор упал луч яркого света.
Рука Эзры сильнее сжалась на моих плечах.
– Зал мистерий. Он захотел, чтобы ты вошла в него второй раз. – В его голосе слышались изумление и испуг.
От волнения у меня в желудке все переворачивалось, стоило лишь вспомнить о том, что происходило там, внутри, в прошлый раз. Однако я высвободилась из его оберегающих объятий и ускорила шаг, одновременно пытаясь заглушить в себе возрастающий страх. Я сконцентрировалась исключительно на прямоугольнике двери.
– Ви! – остановил меня крик Эзры, как только я до нее дошла. – Подожди!
Я повернулась к нему:
– Дай мне попробовать самой. – Особенно большой надежды на то, что он согласится сделать так, как я просила, у меня не было. – Как ты сам заметил, зал открылся для меня и разрешил зайти мне. Не тебе. Лучше нам его не злить.
Эзра стоял всего лишь в метре позади меня.
– Ты точно уверена? Нам необязательно забирать эти предметы. Мы можем сразиться с Регулюсом.
– Но тогда ведь многие погибнут.
Эзра кивнул, потому что поспорить с этим не мог.
– Если Регулюс получит зеркало и кубок, а я таким образом спасу хоть одну жизнь, то оно того стоит.
Мы просто смотрели друг другу в глаза. И в его глазах я видела страх и тревогу.
– Раз ты хочешь это сделать, я буду ждать тебя здесь. Без тебя я обратно не уйду. Без тебя я никуда не уйду.
– Обещаешь? – А себя я спрашивала, намеренно ли его фраза получилась двусмысленной.
– Обещаю.
