Маэль оскалилась.
– А уже нет смысла. Само собой, Аделаиза поделилась с Розой, и когда сегодня утром Адриан занес хлеб, то попросил меня передать тебе, что Эзра для него умер.
Я спрятала лицо в ладонях.
– Напомните, почему я так хотела возвратиться в это проклятое захолустье? – протянула я, выглядывая между пальцами.
– Потому что хотела заново отыскать свою магию. – Эме утешающе погладила меня по руке. – И ты это сделала. Это единственное, что имеет значение. Пусть себе болтают.
Я отняла руки от лица, которое, вне сомнений, все еще оставалось ярко-красного цвета.
– Итак, воздух или вода? – чтобы сменить тему, спросила я Эме. – Как ты считаешь?
– В пользу воды говорит дождь, а в пользу воздуха – ураган. – Первое время способности стихийников часто были неопределенными.
– Чтобы по-настоящему овладеть стихией, потребуются годы подготовки. Вот засада. Почему я не унаследовала папин дар? Тогда я могла бы отправиться в другое время и оттуда попробовать что-то изменить.
– Как раз это-то и запрещено. Мы заставим тебя еще раз наизусть выучить свод правил. Время нельзя менять.
Дурацкие всезнайки. Я закатила глаза.
– У нас в семье когда-нибудь рождались стихийные ведьмы?
– Не знаю, но, скорее всего, да. Наш род такой древний, когда-то такая сила наверняка проявлялась.
На самом деле с уверенностью сказать невозможно. О способностях отца нам, например, тоже больше ничего не известно, кроме того, что он был колдуном времени. Какими силами обладали предки по линии его семьи, тоже непонятно.
– Да и неважно. Как мне это выяснить? Ваши предложения? Мне попытаться устроить бурю в стакане с водой?
Маэль ухмыльнулась.
– Тогда на улице, пожалуйста, не хочу, чтобы ты затопила дом.
– То, что вчера ты так управляла воздухом, вероятно, действительно во многом связано с выплеском эмоций. В этом проявился твой дар, – вслух размышляла Эме.
В результате окажется, что я еще должна быть благодарна Эзре за то, что он вызвал у меня такие эмоции. Все лучше и лучше.
– И что мне делать?
– Сначала тебе нужно принять дар. – Эме отодвинула стул и села. – Стихийницам всегда приходилось нелегко. Их силы огромны, и ими нередко злоупотребляли. Ими одновременно восхищаются и боятся их, потому что эти силы часто непредсказуемы.
– Все это я знаю, но все равно их хочу. Ты реально думаешь, что именно сейчас я от них откажусь? Это же безумие.
– Тут она права, – вмешалась Маэль. – Вианна может оказать большую помощь.
– Но еще пара дней в запасе у нас есть, – сказала Эме. – Если не контролировать эту способность, она принесет больше вреда, чем пользы.
– Тогда мне надо как можно быстрее начать ее тренировать. Я понимаю твои опасения, но не откажусь от дара, даже если ты из кожи вон вылезешь.
– Упрямая и своенравная, наш маленький Скорпион, – засмеялась Маэль. – Готовь свое жало, оно тебе поможет.
– Ладно-ладно, – сдалась Эме. – Но потом не говори, что я тебя не предупреждала. Ты чувствуешь себя достаточно сильной для них? Ты должна овладеть магией и не дать ей завладеть тобой. Если допустишь это, она может тебя уничтожить.
– Да, да. – Любая магия имела шансы стать необузданной, если не держать ее в узде, а я свою спустила с поводка. Такого со мной больше никогда не повторится.
– Хорошо. Я позвонила Розе. Она скоро будет здесь. Конечно, она не стихийница, но у нее есть опыт в ритуалах принятия. Тут она тебе поможет.
Мы с Маэль уставились на нее, но Эме лишь самодовольно улыбнулась. Она все еще была в той смешной кофте. Но сейчас хотя бы надела под нее брюки и футболку.
– Я знала, что мне тебя не переубедить, поэтому приняла необходимые меры заранее.
Маэль весело расхохоталась и чмокнула Эме в щеку.
– Что бы мы без тебя делали?
В этот момент в дверь постучали, и вскоре на кухне уже стояла Роза. На локте у нее висела корзина.
– Девочки, – поздоровалась она и обняла нас. – У нас мало времени. Давайте сразу приступим. Может, это вообще была ложная тревога из-за сами знаете кого, – предостерегла меня она.
– А может, и нет, – вскочила я. Точно нет. Я чувствовала эту магию внутри. Она там и отныне никуда не уйдет.
– Не хочешь взять с собой атаме? – спросила Эме, уже направляясь к шкафу.
Сестра протянула мне клинок, и Роза с интересом взглянула на него.
– Откуда он взялся?
Я ненадолго замешкалась.
– Я принесла его из Гламоргана.
Она тихо присвистнула и покачала головой.
– Клянусь богинями, – прошептала она, – этот подарок потребует свою цену.
– Тебе известно, кому он принадлежал? Выглядит ценным.
– Мне это известно даже слишком хорошо, – сказала она. – Он передавался в вашей семье от поколения к поколению.
Теперь уже мы втроем уставились на нее.
– Я еще ни разу не видела его до сих пор, – первой заговорила Эме. – Как он попал в Гламорган?
Роза явно боролась с собой.
