Вкладывая чувство в каждое слово, пели они друг для друга, не отрывая взгляда. «Однако они любят!» – удивился своему открытию Сергей. Покосился на Софью Марковну, она спокойно пела вместе с ними. Сергей присоединился, песнь зазвучала сразу мощно, красиво. Валя счастливыми глазами посмотрела на него. «Оказывается, в мою жену можно влюбиться, – всё еще недоумевал он. – Вот никогда не думал! А что, она не дурна, особенно сейчас, разрумянившаяся, взволнованная. Она даже мне нравится. А что, если я влюблюсь в свою собственную жену на шестнадцатом году совместной жизни», – весело и по-новому разглядывал жену Сергей. А в глубине души точил злой червячок ревности. Но коньячок ударил в голову, все немного опьянели, пельмени удались на славу. За столом настроение приподнятое. Сергей включил проигрыватель, в комнате закачались звуки вальса. Антон Федорович встал, застегнул пиджак и, склонив голову, пригласил Валю. Он держал ее за талию осторожно, вальсировал легко. Они в упоении кружились и кружились. А где-то рядом танцевал Сергей с Софьей Марковной.
– Товарищи, – старалась перекричать музыку Софья Марковна, – у меня предложение: на улице такая красота, пойдемте гулять! – Все охотно поддержали.
– Я пойду? – спросила Валя сына.
– Конечно, мамочка, а мы с Катей посуду помоем! – Валя благодарно чмокнула его в щеку.
Вечер тихий. Раскаленным красным шаром висело солнце над дымным горизонтом, подсвечивая облака, которые, как перья жар-птицы, распластались по голубому небу. Стояли тоненькие, длинненькие топольки, развернув клейкие листочки. Антон Федорович взял Валю за локоть, чуть касаясь его, и так ей было хорошо рядом с ним.
Сергей задумался, вспоминая субботник перед маем. Утро тогда, как подарок природы, было прозрачным и ясным. Солнце сыпалось в воздухе миллиардами искр. Кружились, танцуя на одной ножке, на легком ветерке атласные, клейкие молодые листочки кое-где принявшихся, посаженных в прошлом году топольков, отливая лимонной желтизной. Прохладный воздух был вкусен и чист. Сергей вошел в поток радостно спешащих людей. Вот пожилая женщина с саженцами озабоченно бежит к автобусу. Другие сыплются из него с лопатами, обмотанными белыми тряпками, звеня ведрами, сверкая улыбками. Весь город вышел на улицы. На двенадцать километров растянулись беспрерывной живой полосой, словно муравьи на дорожке, копошащиеся люди. Каждые шестьдесят-сто метров лежали кучки черной земли с прикопанными деревцами. Охваченный общим энтузиазмом, Сергей взял лопату и тоже начал копать лунку. Откуда-то подскочил паренек, встал напротив него и мотал лопату под ногой из стороны в сторону, с усилием преодолевая сухую плотную землю. Звонко смеясь, переговариваясь, подбежали девчата, волоча в рогоже землю, оставили ее около них. Побежали к саженцам. Сергей, высоко поднимая лопату, рубил дно ямы, рыхлил землю в лунке. Паренек сыпал чернозем из рогожки.
– Теперь мы сами справимся, – блестя белыми зубами, заявила небольшого росточка веснушчатая девчушка, держа в руках тоненький тополек. Подружка ее, опустившись на колени, расправляла нежные белые ниточки корней.
– Надя, главное, чтоб корешки кончиками вниз были, чтоб росли в землю, к влаге. Если загнутся кверху, вылезут наружу, к сухой земле, деревце засохнет.
– Помню, знаю! – отвечала та, углубляя пальцами каждый корешок. – Из открытых окон домов тянулись шланги. Девчата рядом наливали в лунку воду.
– Люда! – кричала девушка с веснушками, – полей на корешки! – Люда, курносая, с озорными рыжими глазами, зажала пальцем шланг и брызнула водой в лицо подруге. Та метнулась, хохоча, в сторону, не отпуская деревце.
– Дурная! Вымокну, простыну, ты отвечать будешь! – кричала она, смеясь. Люда уже наливала воду в лунку, вода пенилась, погружая белые корешки в землю.
– Люда, сюда полей! – кричали слева и справа.
Сергей и Саша (так звали паренька) уже выкопали очередную лунку, стояли, опершись на лопаты, отдыхали. Сергей вынул платок, вытер влажный лоб.
– Хорошо бы принялись, – говорил мечтательно Саша. – Смотрите, сколько уже стоит топольков!
– Представляешь, Саша, лет через десять зазеленеет наш голый город, покроется парками, скверами, – Сергей смотрел на узкую щеточку саженцев, протянувшуюся вдоль улицы.
– Давно бы надо!
– Война была, не до этого!
– Война десять лет как кончилась!
– Другие срочные дела были, Саша. Полстраны разрушено, поля не паханы. И так без выходных работали. Теперь полегче стало, можно и о благоустройстве подумать.
– С каким желанием люди работают! – снова Саша раскачивал лопату в плотной сухой земле.
– Соскучились по природе, хотят, чтоб город зеленым был.
– Хороший у нас народ, только позови на доброе дело – с готовностью пойдут! – радовался Саша.
– Вы где, Сергей Федорович? – смеясь, теребила его Софья Марковна. Он повернулся к ней.
