— Нет-нет, упаси боже, я не намекаю ни на что такое! — он примиряюще поднял руки, — я же не идиот, чтобы думать, что высшее руководство крупнейшего ВУЗа приторговывает дипломами налево! — он покачал головой, — но факт остается фактом: мой диплом попал в чужие руки. Возможно и не только мой, — он выразительно посмотрел на обоих руководителей, — не подумайте, я не стал раздувать ситуацию, даже пришлось втянуть того студента на «удовлетворительно», чтобы не поставить под удар репутацию НГПУ, но… сдается мне, я не один такой, — с этими словами Моргунов посмотрел на них совсем двусмысленно, — думаете, будут молчать другие?
Ректор закашлялся. Карнаухов вскочил и налил начальнику стакан воды. Прокашлявшись, Сергей Анатольевич посмотрел на подчиненного красными глазами:
— Погоди! — начал он, — дипломные работы хранятся в бумажном виде в архивах соответствующих факультетов! И утилизируются раз в десять… хрен с ним, двенадцать лет! Если какой лаборант и… погоди! — он округлил глаза, — стоп, но там ведь был пожар в прошлом году. Все сгорело и архив тоже! Никакие дипломы просто… просто…
Сергей Анатольевич замолчал. У Карнаухова внутри поднял голову ужас. Настоящий, ледяной ужас…
«Вы же не хотите сказать, что Петровский спалил факультет управления? — Нет».
Диалог с Соболевым всплыл в его памяти и взорвался в мозгу мощностью боеприпаса. Руки против воли затряслись, что он тщетно попытался скрыть…
— Архив вместе со всеми материалами сгорает как раз в год утилизации, — негромко произнес Андрей, — а потом из ниоткуда всплывает диплом, который якобы был уничтожен в том пожаре…
— Погоди, нет! — Сергей Анатольевич нервно хохотнул, — но это же бред! К чему ты ведешь? Что какой-то лаборант, имеющий туда доступ, ради горстки дипломов… — он фыркнул, — игра не стоит свеч, тебе не кажется? — он вновь с вызовом посмотрел на Андрея.
— Безусловно, — Моргунов согласно кивнул, — все это могло выглядеть чудовищным совпадением и не нести серьезной угрозы. Допустим, какой-то нерадивый лаборант выкрал из архива несколько работ, много вынести незаметно просто не получится. Потом на его счастье в корпусе произошел пожар, просто совпало, так что концов никто не нашел. Да, выглядит как страшное совпадение, но… — Андрей замолчал.
— Что? — поторопил ректор.
— Понимаете, — Моргунов понизил голос почти до шепота, — ходят слухи. Очень нехорошие слухи, Сергей Анатольевич. И ходят довольно давно, — он посмотрел на ректора в упор, — не хотелось бы верить в то, что это может оказаться правдой, но говорят… — он прокашлялся, подбирая нужные слова, — что в стенах вашего ВУЗа действует организация, — Андрей пару секунд помолчал, — студенческая организация. Неформальная и незаконная. Та, которая подминает под свой контроль, как бы это сказать… — он вновь тяжело вздохнул, — извините, теневую экономику внутри университета…
Сергей Анатольевич ударил кулаком по столу.
— Ты на что намекаешь, парень?! — рявкнул он, надвинувшись на Моргунова.
— На ОПГ, — ответил тот, не моргнув глазом, — совершенно нового формата студенческую банду внутри ВУЗа. Не знаю, в курсе вы или нет, но слухи в определенных кругах уже ходят по всему городу. И когда они просочатся еще дальше… — Андрей выразительно посмотрел на ректора, — Сергей Анатольевич, я хотел бы сказать, что не верю ничему из того, о чем судачат… но придумать такое нарочно… — он мрачно покачал головой, — и если эта группировка действительно существует… и ей под силу такое… как долго НГПУ вообще удержится наплаву, если информация официально подтвердится и попадет в общий доступ? Нет, я-то буду молчать. Но боюсь, за мной придут другие… и они докопаются до правды…
Моргунов замолчал. Молчал и ректор, растерянно глядя то на гостя, то на своего заместителя. Карнаухов лишь мрачно опустил голову. Он все понял…
Андрей встал со своего места.
— Мой вам совет, — он посмотрел на обоих руководителей через линзы очков, — если хоть часть из того, о чем говорят, правда, и если вы не хотите войти в историю, как самый скандальный прецедент в отечественном образовании, задействуйте все: административный ресурс, власть, даже органы на неофициальном уровне… — он понизил голос, — но единственный оптимальный выход — стереть не только эту группировку, но и любые упоминания о ней.
— Доигрались, господа!
Ректор ходил по кабинету из стороны в сторону. На этом неофициальном совещании присутствовал Карнаухов и еще пара проректоров. Тех, кто был в курсе ситуации…
— Я для чего создавал всю эту годами отлаженную систему?! — бесновался ректор, — для чего, мать вашу, химичил с бюджетом, не надо прятать глаза, мы тут все в курсе ситуации! Чтобы все вот так прос… ь?! — он приблизился к Алексею Станиславовичу и навис над ним: — я тебя спрашиваю, Карнаухов, для чего я пошел на эту авантюру, которую ты предложил?! — ректор был весь пунцовый от злости.
— Сергей Анатольевич, четыре года существование организации Петровского было удобно для всех… — проговорил Карнаухов, стыдливо опустив глаза — никто не ожидал, что ситуация выйдет из-под контроля…