– Мы даже сумели разобраться в письменах древних и стали перерабатывать топливо чтобы улучшить качество… Да, ядовитая пыль, ураганы, резкие заморозки, а также прочие невзгоды и сейчас, порой, уничтожают наши посевы. Бывает и нечистая рыба заплывает в реки. Иногда эти события накладываются, и приходится туговато, но мы почти забыли, что такое настоящий голод.
Майло который видел чужаков лишь дважды в жизни и то в образе почти полностью утративших человеческий облик, опустившихся бродяг, зачарованно слушал.
– Я рос простым парнем: работал, как и все, на плантациях; кормил машин и ухаживал за ними в полях; плечом к плечу с другими ребятами нашего селения отбивался от банд мародеров…
– Держи, – перебил рассказчика Майло, протягивая запеченную рыбину. – Осторожно, еще очень горячая.
«Эге, да он, видать, ни разу не ел запеченку», – понял Майло, глядя как тот неумело обходится с привычной едой.
– Сверху отколупывай, – подсказал парень. – А не то весь сок выльется.
Разговор на какое-то время стих, и треск сучьев сопровождало сочное чавканье голодных мужчин.
– Ну, Майло Ли, – довольным тоном проговорил Дерек откидываясь и вытирая жирные пальцы о накидку, – такой вкусной рыбы я еще не ел. Спасибо тебе еще раз! Ты не только спас мне жизнь, но и накормил превосходным ужином.
Майло легко кивнул в ответ, принимая благодарность.
Их одежда хорошо просохла, и в стремительно свежеющей ночи было особенно приятно закутаться в теплую сухую ткань.
– Как я и говорил, – Дерек продолжил рассказ, – Мы не голодали. Ради еды не приходилось надрываться от зари до зари – благодаренье нашим мудрым отцам, – он поднял руки к небу в знак уважения. – Да, болезни, как и ядовитые облака никуда не делись. Хватало опасностей и тягот…
Дерек задумался, и Майло не спешил перебивать.
– И все-таки я был счастливым: здоров и силен, молод, а дочка ткачихи – помню ее глазки и по сей день, очень игриво улыбалась мне, уж ты-то понимаешь, о чем я, – засмеявшись Дерек подмигнул.
Майло пробурчал что-то невразумительное в ответ.
– Я выучился читать и писать, а потом перечитал все страницы, до которых сумел дотянуться! Наверное, дело в этом! Да, точно в этом! Понимаешь, в моей груди разгорался неугасимый огонек – все мне было интересно! Как работает насос на поле… и откуда там берется вода… И что, в конце концов, за этим полем… а за лесом, что непроходимой чащобой растет следом? А потом?
Дерек смущенно улыбнулся.
– Своими вопросами я замучил каждого: и рыбаков, и охотников, и отцов… Но знания их оказались очень ограниченными, понимаешь? Мало кто ходил по реке дальше, чем на десять дней пути, и вообще никто не преодолел лесные чащобы…
– Подкинем еще в костер? – попросил он. – Меня немного пугает угасающее пламя.
Майло приподнялся, но Дерек жестом остановил его:
– Сиди-сиди, я сам.
Сырые сучья долго не хотели приниматься. Сначала потянуло влажным едким дымом. Какое-то время спутники молча слушали треск и шипение вскипавших соков. Наконец, робкие языки смелее и смелее обхватили дрова и весело заплясав, отогнали подступающую тьму.
– Хорошо помню тот вечер, – в очередной раз возобновил рассказ Дерек, не замечая сгоравшего от любопытства Майло. – Это была не просто банда – целое нашествие! Никогда на мою долю не выпадало столько кровавой работы, парень! Никогда бы я не хотел повторения чего-то подобного еще раз в своей жизни, – свет и тени затеяли причудливый танец на помрачневшем лице.
– Отцы велели оставить одного из пленных в живых – мы поместили его в темницу. Чертов мутант! Датчики сходили с ума около него, но… видать для чего-то он был нужен – не больно-то отцы посвящали меня в планы. Несчастное создание, ужасающе пропитанное радиацией. Каждый мужчина стерег темницу ровно сутки – не больше! Я был одним из последних и, благодаренье Богам, успел…
– Успел что?
– Прежде чем пленник, измученный опытами, подох, мне удалось хорошенько с ним поболтать…
«Измученный опытами?» – содрогнулся Майло, но не стал прерывать рассказчика.
– Знаешь, несчастные создания вроде бы очень похожи на нас с тобой – нормальных людей. Живут, любят, чувствуют боль и умирают.
Майло ощутил, как маленькие, почти невидимые волоски на спине встают от легкого озноба.
– Откуда им стало известно о Крепости я не знаю, но это место манило их… ты будешь смеяться – возможностью исцеления! Представляешь? – Дерек ухмыльнулся и приглушенным голосом повторил еще раз: – Исцеления... Меня не интересовали их глупые надежды, но само место! Парень, да я не мог больше думать ни о чем другом!
Дерек откашлялся и сплюнул мокроту.
– Вы живете в деревне. На небольшой лодчонке ты сетями ловишь рыбу чтобы не сдохнуть от голода… А теперь попробуй представить ГОРОД – тысячи деревень наподобие твоей! Десятки, может быть, сотни тысяч людей! Они знают все, и даже больше, – Дерек рассказывал, а перед зачарованным Майло проносились сказочные картины. – Высокие дома из стекла и пластика, отсутствие болезней, голода и любых, понимаешь? ЛЮБЫХ угроз, Майло! Они защищены и от радиации, и от мародеров – от всего!
