Девушка под наплывом самых разнообразных эмоций не выдержала и продолжила то, что начала еще на темной кухне. Она властным движением распустила волосы Феликса и с удовольствием запустила в них пальцы. Молодому англичанину, видимо, происходящее тоже нравилось, потому как в этом он принимал очень активное участие – прижал девушку к себе, умудряясь всего лишь одним поцелуем производить настоящую революции в ее теле.
Они, стоящие посредине дороги и отлично освещаемые фонарями, занятые важным и приятным делом, не заметили, что из лоджии на восьмом этаже на них смотрит Стас, который уже потерял этих двух своих гостей. Он и его друзья даже уже хотели идти искать Юлю и Феликса, однако Стас, увидев парочку, сказал, что все в порядке и что эти двое скоро сами придут в квартиру. Он уже остыл и теперь умело скрывал свои настоящие чувства, посетившие его тогда, когда он увидел Юлю и Визарда целующимися.
Юля отстранилась от молодого человека так же внезапно, как и начала прерванный поцелуй, хотя хотела куда большего и куда менее невинного.
– Пойдем обратно, – сказала она, поняв вдруг разумом, что ничего хорошего из всего этого не выйдет.
Девушка отлично понимала, что ее, как магнитом, тянет к Визарду с огромной силой, и что это притяжение может влегкую перерасти в любовь. Но Юля еще так же прекрасно осознавала, что она и этот харизматичный иностранец слишком разные, чтобы быть вместе, и дело было не в разнице воспитания, не в характерах, а в том, что он был манящей притягательной звездой, а она – обычной земной девушкой, пусть талантливой, но не дотягивающей до его уровня.
Крестова не видела смысла в воздушных замках и грезах, которые стопроцентно начали бы ее атаковать, позволь она себе окончательно влюбиться в Феликса.
– Все-таки ответить мне на один вопрос? – спросил англичанин, слегка склонив голову. Юля нахмурилась.
– Тогда и ты ответишь на мой вопрос.
– Идет, – легко согласился он. – Ты присоединишься к группе Стаса? Как я сказал тебе, ею заинтересовался мой друг.
– Думаю, да, – твердо сказала Крестова. Она теперь точно решила для себя – и сейчас это она чувствовала особенно ясно – что хочет заниматься тем, что желает она сама, а не ее родители. Возможно, для этого вновь придется уйти из дома и устроиться на работу, чтобы совмещать ее с учебой и игрой в группе, но Юля была готова к этому.
Феликс кивнул, потерев линию губ указательным пальцем. Что означал этот жест, девушка не поняла.
– Какой у тебя вопрос? – спросил музыкант. Крестова с неестественной для нее ухмылкой взглянула на него.
– Я смогу увидеть тебя еще когда-нибудь? – спросила она, помня, что очень скоро он уедет.
Англичанин, который тоже это прекрасно помнил, некоторое время молчал, словно размышляя, и это не нравилось Крестовой.
– Может быть, когда-нибудь мы выступим на одной сцене? – наконец, сказал он полушутливо, но лицо его при этом было серьезным.
– Смеешься? – подняла на него глаза Юля. – Ты ведь знаешь, насколько популярны «Красные Лорды» и насколько популярен ты. Выступить с тобой на одной сцене. О, да. Удачная шутка, мистер Грей.
На лице парня вдруг появилась улыбка – широкая, красивая, веселая, совершенно искренняя, и он слегка поклонился девушке.
– Все возможно, мисс Крестова, – Феликс сделал жест, как будто бы приглашая Юлю на танец. Она скептически посмотрела на него, не двинувшись с места.
– Потанцуй со мной?
– Спасибо, не хочу.
– Жаль. Что же ты загрустила, Джулия? Смотри, как прекрасна эта ночь. Ты знаешь, что ночь похожа на тебя?
– Мне не нравится, что ты насмехаешься надо мной.
– Я не насмехаюсь. Насмехаться над людьми не входит в мои привычки. Я действительно хочу выступить с тобой на одной сцене.
Крестова молчала.
– Танец? Что скажешь, девушка, на которую похожа ночь?
– Я скажу – пошли домой, – твердо сказала Юля, чувствуя, что хочет улыбнуться. Она первой двинулась к подъезду. Развеселившийся непонятно от чего Визард шагал за ней.
– Мне никто еще не отказывал в танце, Джулия. Быть отвергнутым – это интересное чувство.
– О, Боже, заткнись, – пробормотала Крестова.
– Надеюсь, второй раз ты так со мной не поступишь. Или же мое сердце не выдержит, – смеялся за ее спиной английский музыкант.
Юля открыла подъездную дверь ключом, который прихватила с полки в прихожей, чтобы не беспокоить писком домофона Стаса и ребят, и пропустила Феликса вперед, а после вызвала лифт.
Уже в лифте вдруг Феликс вновь сам поцеловал ее. Он стоял сзади – ее спина едва касалась его груди, касаясь губами ее шеи и расстегивая рубашку, а Юля, закрыв глаза, запрокинула голову ему на плечо.
Никто из них не нажимал кнопку «стоп», а лифт остановился вдруг сам, правда, девушке было уже все равно.
Она резко обернулась к Феликсу и, схватив за ворот футболки, жестко поцеловала.
Из лифта, который вскоре поехал вверх сам по себе, они выходили с легкими улыбками.
– Во сколько ты уедешь? – спросила Юля молодого человека, который так и не стянул больше темные волосы в короткий низкий хвост, и они обрамляли его узкое бледное лицо.
