— Вы не понимаете, это не обычный гром. Посмотрите на небо.
Все подняли глаза, щурясь от света.
— Где черные тучи? Где высокие облачные башни, наполненные водой? — спросил мужчина, обращаясь к трайтеру.
— Гроза еще далеко… — заметил Булл, не давая тому времени ответить.
— Нет, она уже над нами; разве вы не слышали, как грохочет? Последний удар сотряс землю, — возразил ловец креветок.
— Ладно, даже если она над нами, — согласился Булл. — Что с того?
— Это дурное предзнаменование, — очень серьезно ответил Клайв. — Все это знают, — сказал он, глядя на трайтера.
Тот ничего не сказал, только кивнул в ответ.
Булл посмотрел на них изумленно.
— Гром — дурное предзнаменование?
— Эти раскаты… — возбужденно произнес человек, указывая на небо револьвером. — Небо синее, ни облачка, ни единого признака грозы. Когда гремит в чистом небе, это плохая примета.
— Не следует продолжать путь, если видишь такие знаки, — поддержал его другой ловец креветок.
— Почему? — насмешливо спросил Булл. — Что такого может случиться?
Рыбаки переглянулись, прежде чем ответить.
— Говорят, если вы идете по болоту и слышите гром в небе, где нет никаких признаков грозы, надо поворачивать. Духи болота собрались вместе; если вы их потревожите, войдя на их территорию, они погрузят вас в сон и вы проспите не менее ста лет.
— Это «Рип ван Винкль». — Все повернулись к Дюпри. — Рассказ Вашингтона Ирвинга.
— Видите, — поддержал его Джонсон. — Обычный рассказ.
— Однако для этих рассказов, — продолжал Дюпри, — Ирвинг собирал сведения из настоящих верований и легенд. В разных местах древний ужас описывают по-разному.
Он обращался к Амайе, но она рассеянно смотрела вдаль, словно прислушивалась к чему-то, не обращая внимания на разговоры. Она вспоминала другую грозу и другие раскаты грома.
— Гром — знак того, что мы должны вернуться, — перебил его ловец креветок. — Мы думали, что вы знаете путь, а нас, оказывается, ведет эта зомби…
— Она больная женщина, — вступился за Медору трайтер. — Жертва, которую десять лет держали в неволе, и самое страшное, что она до сих пор в плену. Она не хотела стать такой. Проявите уважение.
Ловцы креветок понурили головы, но не сдвинулись с места.
Трайтер повернулся и пошел вперед, пока не поравнялся с Медорой.
Дюпри перевел взгляд на ловцов креветок, щелкнул языком и заговорил, явно теряя терпение:
— Раз так, возвращайтесь и ждите нас у «Зодиака». Мы не можем тратить время впустую, от этого зависит жизнь детей.
— Ни в коем случае, — вмешался Шарбу, который до сих пор молчал. — Если мы позволим этой трусливой деревенщине вернуться в «Зодиак», при следующих раскатах они убегут, как болотные крысы, и бросят нас здесь.
Дюпри вопросительно посмотрел на ловцов креветок, но те уклонились от его взгляда.
— Сожалею, друзья, но вам придется идти с нами, поворачивать поздно, — сказал Булл, заканчивая разговор.
— Мы арестованы или что-то в этом роде? — уточнил Клайв.
— Нет, — ответил Шарбу. — Но если вы будете настаивать на том, чтобы остаться здесь, я прикую вас наручниками к дереву, по которому ползают огненные муравьи, и вы будете ждать нас, пока мы не вернемся.
После этих слов ловцы неохотно поплелись дальше.
Через какое-то время равнина резко оборвалась и перед ними показались густые заросли, образовывавшие естественную преграду вдвое выше человеческого роста. Новый раскат грома обрушился на их головы в тот миг, когда они достигли зарослей. Ловцы креветок обреченно посмотрели друг на друга. Медора шла среди колючих ветвей, царапающих кожу, остальные последовали за ней. По другую сторону живой ограды простиралось какое-то обширное поле.
— Перед вами бывшая плантация «Ле Гран Байу», — прошептал Дюпри.
