– Нет, – побледневший камердинер смело смотрел магу в глаза, – не нужно. Наоборот, я хотел попросить… послать ее куда-нибудь подальше… в монастырь или крепость. Она замучила не только меня, но и всех детей… жить не дает спокойно.
– Так, подожди, – остановил его магистр, – идем в кабинет, объяснишь мне подробно, почему до сих пор ничего не говорил? Но сначала дождемся Зенона. Ирджин… извини, я тебя задерживаю.
– Ничего, – отмахнулся тот, – если ты прав, пять минут ничего не испортят. А с ними нужно разобраться.
Они успели устроиться в кабинете и выпить по чашке холодного абрикосового компота, когда появился Зенон.
– Отец! – воззвал он от двери, – меня отпустили… под честное слово. Тот офицер всё слышал. Я пришел попросить…
– Посадить ее в монастырь? – пошутил Ирджин, и увидев, как округлились глаза внезапного гостя, понял, что попал в точку.
– Ну да. Пока мы добрались до Лидмора, она свела меня с ума упреками и угрозами. Спасибо офицеру, подсыпал ей в чай сонное зелье. Они возят с собой, для буйных узников.
– Я никак не пойму одного, – подозрительно уставился на сыновей Анвиез, – а почему вы не отправили её в отдельный особняк, чтобы не командовала?
– В какой особняк? – изумились оба так искренне, что не поверить было просто невозможно.
– Уходя, я оставил вам документы и письмо… – темнея на глазах, тихо произнес магистр, – вы его читали?
– Нет… – растерянность во взоре Ниркаса сменилась пониманием и неожиданно жаркой ненавистью.
– Она сказала – это ей письмо… – подтвердил подозрения магов Зенон, – как мы могли не поверить?
– А потом… – медленно бормотал старший, с трудом восстанавливая в памяти события тридцатилетней давности, – что-то говорила про доверенность… чтобы мы могли жить в имении и не платить налог… или не носить пошлину? Не помню, но мы подписали все, что стряпчий принес.
– Какой еще стряпчий? – на Анвиеза было страшно взглянуть, кулаки сжаты до синевы, вокруг головы вьются темные смерчики.
– Анви, вспомни про Лиатану! – Отчаянно выкрикнул Ирджин, воздушной лапой незаметно удерживая учителя от внезапного рывка.
В таком состоянии он вполне может за минуту добраться до карцера, где заперта Аманда и сделать из нее кучку пепла. Причем на глазах правнука, и тогда появление нового черного мага им обеспечено с гарантией.
– Лиата… – еще рычал тот, но взор постепенно светлел, теряя безумный блеск внезапного гнева. – ты прав… спасибо Иржи…
– Не за что… у тебя есть копия того документа?
– Она хранится в канцелярии цитадели, – произнес магистр и вмиг оказался возле своего стола.
Достал пирамидку, черкнул несколько слов и показал записку ученику и сыновьям. А затем отправил с пометкой «срочно».
– Мы и так тебе верим, – твердо заявил Ниркас, – мне всегда казалось, что в этом деле есть какая-то неправильность… но тогда я думал, уж прости меня, что у тебя от ее скандалов просто голова помутилась. Потому и поехал сюда, как только появилась возможность. Твой запрет говорить и вспоминать о ней вроде подтвердил мои подозрения, но постепенно я убедился… что ты не безумен. Значит вылечился за эти годы.
– Вот так живешь рядом с человеком полтора десятка лет и даже не подозреваешь, что он о тебе думает на самом деле… – мрачно пошутил Анвиез и очень серьезно добавил, – но в одном вы безусловно правы… я был к ней слишком снисходителен. И этим вместо добра сделал вам зло. Такие ошибки непростительны для магистра моего уровня и исправлять их я буду сам и немедленно. Ирджин, отправляйся в летний дворец, там девушки волнуются.
– Нет, я иду с тобой, – заявил ученик, – наши девушки все поймут и простят. А для кворума вызываю Ринка и Сабенса.
– Спорить бесполезно?
– Абсолютно.
– Тогда зови, чем быстрее разберемся, тем лучше.
– А мы? – насторожился Зенон.
– С нами. Вы пострадавшие и обязаны присутствовать на суде. А потом сами решите, куда идти. Денег я дам сколько нужно.
– Не надо… – отказался младший, – просто приезжай хоть иногда…
– Я за эти годы скопил, – вторил ему Ниркас, – не пропадем, если имение будет нашим. Она ведь ничего делать не давала… ни к каким сделкам не подпускала. Все сама… и все неудачно. То сгноит урожай, то задаром отдаст…
– Откуда ей это уметь? – сердито пробурчал Зенон, – если она ни к чему не способна, кроме интриг?
Пирамидка звякнула и на стол выпал туго скрученный лист мелованной бумаги с золотистыми вензелями светлой цитадели.
– Берите, – кивнул сыновьям Анвиез, – это ваше. Второй лист найдете в её тайниках, эти документы не горят и не тонут. Их невозможно исправить, залить краской или изрезать. Были желающие… пришлось принять меры.
Пока братья читали документ, тихо шипя от злости на двух языках, маги в секретном хранилище торопливо копались в шкатулках и сундуках. Время от времени задумчиво замирали над какой-нибудь диадемой или колье и шли дальше, скользя взорами по расставленным на полках диковинкам. И все-таки сумели к приходу собратьев найти достойные своих избранниц дары.
