– Не намного, – не согласился лэрд Грозби, – Но это не главное, всё, что нам нужно, мы найдем гораздо ближе, зато доставят бесплатно. Потому что назад повезут орехи, рыбу и самоцветы. Но отныне самоцветами мы торгуем только по старым договорам, срок которых истекает, как обычно, в середине лета.
– А почему бы не заключить новые? – влезла в разговор принцесса, сразу выдав хозяину и его советникам все тайные планы мужа, – мы можем платить больше.
Увельд даже засопел от огорчения, кинул на жену предупреждающий взгляд, но она не пожелала его замечать.
– И для вас выгодно, мы можем свои товары упаковывать в деревянные ящики и перекладывать сухой травой. Или пересыпать овсом.
– Филиния, – одернул ее принц, – мы забавляем высокородного лэрда Дарвела. Так назойливо предлагают свои товары только неопытные купцы.
– Не волнуйтесь, лэрд Увельд, – мигом отреагировал герцог, – я не стану смеяться над вами. Способы принцессы высказывать свое мнение мы уже имели возможность оценить. Но торговлей самоцветами в герцогстве теперь занимаются лэрд Грозби и светлый лэрд Коринкс. Поэтому решайте с ними.
– А разве вы не посодействуете нам… – принцесса с деланым смущением потупилась, – по старой дружбе?
– О какой дружбе идет речь? – опередив герцога, внезапно справился Анвиез, поднимая взор от свитка, который внимательно изучал.
– Ну… – изобразила стыдливость Лильен, – некоторое время нас считали помолвленными.
– Бред, – возмутился Дарвел, и сухо пояснил, – да, я к вам присматривался, наравне с другими лейдами и даже находил более интересной, но принимать окончательное решение не был готов. Настораживали некоторые детали. Как выяснилось позже, интуиция меня не подвела. Но теперь, когда я наконец отыскал самую замечательную девушку и мы навечно связали наши судьбы, я ни от кого не потерплю на свой счет никаких домыслов.
– Домыслов? – Принцесса взвилась укушенной за хвост коброй, – а как же ваши признания, цветы, подарки, прогулки, письма?
– Вот как вы заговорили, лейда Лильен! – недобро прищурился Анвиез, – тогда вспомните нашу последнюю встречу, наш договор и вашу клятву. Вот он, камень с записью, я храню его в самом надежном месте.
– Вы… – женщина даже задохнулась от ярости, – грязный сводник! Вы клялись никогда не вспоминать ту встречу, если я сделаю по-вашему!
– Клятва звучала не так, – сухо возразил магистр, – я клялся никому не открывать вашей неприглядной тайны, если вы в ближайшие дни добровольно покинете долину и больше никогда не напомните Дарвелу о своем существовании! Но вы нарушили это обещание и осмелились притащиться сюда! И вас не оправдывает воля короля, вы сами из глупого высокомерия и желания казаться значимее, чем есть, сочинили сказку о своей мнимой власти над наследником Тайгердского герцогства. Именно по вашей вине придворные Агернского короля ошибочно полагают, будто герцог Тайгердский оставался в холостяках так долго лишь из-за тоски по вашим прелестям.
– Каким ещё прелестям? – нахмурился Дарвел, – я никакого представления не имею о ее прелестях.
– А все знатные лейды Агерона, да и сам лэрд Увельд считают иначе, – маг хлестал стремительно бледневшую Лильен жестким взглядом, – и даже король ей поверил. Потому и направил сюда своего младшего сына… заставив взять в сокровищнице лучшие украшения из редкого жемчуга в залог под имение и замок. Правитель Агерона, как всем известно, к старости стал скуповат и ценностей из сокровищницы не доверяет никому. Без равноценного залога.
– Вы хорошо осведомлены, – с горьковатой усмешкой пробормотал Увельд, и вдруг глянул магу в глаза с отчаянной дерзостью приговоренного, – так кто был её любовником?
– Что даст вам имя? – сочувственно справилась Вильдиния, радуясь, что Ильда с сестрами решили на эту аудиенцию не приходить.
Сейчас они разбирают свои наряды, на те, что оставят здесь и которые заберут в замок. Сегодня все желали ночевать дома.
– Я буду им пользоваться как кнутом, – хмуро усмехнулся принц, – когда в меня вновь начнут швырять чашки с обвиненьями в украденной молодости и испорченной жизни.
Принцесса, в ужасе смотревшая на камень, засвидетельствовавший её самое большое унижение, вдруг прыгнула на него, как тигрица, но врезалась в призрачный щит и отлетела в сторону, больно ударившись о резной поставец. Прижалась к нему лбом и, зашипев по-змеиному от безысходности, прожигала магистра полным ненависти взглядом.
– Оно не было таким знатным как ваше, – с презрением покосившись на нее, сообщил принцу маг, – но могу заверить, хотя её поклонник и ничем не приметен, кроме внешности, зато влюблен был по-настоящему и не однажды предлагал лейде свою руку.
– Однако она искала рыбу покрупнее и предпочитала просто развлекаться, – добавила Вильдиния, и безжалостно добила бывшую фрейлину, – и не только с ним. Лучшим способом отучить Лильен от битья дорогой посуды я бы назвала продолжительный отдых в дальнем имении. Там, где можно варить варенье и вязать теплые носки. Этому легко научиться, любая селянка к двенадцати годам отлично справляется.
