– А в ответ на щедрый подарок вашего короля, – суховато сообщил Дарвел, – я намерен передать ему коллекцию знаменитых Тайгердских самоцветов. Кезорт, подайте высокородному лэрду Увельду приготовленный для него ларец.
Казначей поднес принцу большую шкатулку и во всеуслышание объявил:
– Все камни измерены, зарисованы и включены в опись, защищенную магически от исправлений и порчи. Нам поневоле приходится думать о собственной репутации, иначе половина драгоценностей не добиралась бы до места назначения.
– Спасибо, – с чувством выдохнул принц, признательно склонив голову, – вы спасаете меня от позора и разорения.
– Мы были рады вам помочь, – кивнул ему герцог, – и если пожелаете, отправим королю послание с предложением назначить вас постоянным послом. Но помощника берите другого, более сведущего в делах.
– Вам сюда, – Ринк открыл перед Агернским посольством дверь на балкон, подождал, пока они отойдут подальше и обернулся к учителю, – А мы узнаем, какие тайны помнит этот камень?
– Рыдающую Лильен, – нехотя сообщил маг, – лейда вдруг выяснила, что маленькие приятные шалости могут принести большие проблемы. К примеру, непонятно чьих детишек. Знахарка её, разумеется, выгнала… они таким не занимаются. Вот и пришлось ей кланяться мне.
– И ты… – Дарвел помедлил, подыскивая слова, – помог ей?
– Не так, как ты думаешь, – усмехнулся его учитель, – разумеется я не стал убивать малыша, который уже вовсю шевелился. Тем более, в долине хватает семей, желающих иметь детей, но не имеющих возможности и это всем известно. Поэтому я нашел такую семью, договорился и вызвал Лильен. Тогда мы и составили тот договор. Она должна была два месяца ходить в особом корсете, не мешающем развиваться ребенку но скрывающем новые формы ее фигуры. И от взглядов, и от прикосновений. А за это я обещал через два месяца устроить малышу немного преждевременное рождение и тайно отдать его счастливым родителям. Ну а у нее за сутки убрать на теле все следы и вернуть прежнюю стройность. За спасение её репутации Лильен обязалась позабыть свои мечты о герцогской короне и навсегда распрощаться с Тайгердским замком и долиной.
– Спасибо, – обдумав его слова и припомнив то время, от всей души поблагодарил Дарвел, затем утомленно осведомился, – Еще послы есть? Пусть входят.
Последними в комнату вошли колдуны.
– Ты звал нас, повелитель? – вежливо осведомился Сигмут, упорно не желавший подчиняться этикету.
Впрочем, Дарвел этого и не требовал.
– Звал, – просто ответил герцог, – хотел еще раз поблагодарить за всех людей, которые остались в живых, благодаря твоей помощи. А еще с тобой хочет поговорить светлый магистр, лэрд Сабенс.
– И чего ему не живется спокойно? – Сам у себя обреченно поинтересовался колдун.
– Ты знаешь, – невозмутимо ответил магистр, – не в правилах белых магов спокойно смотреть на друзей, которые и сами делают большие глупости и детей с внуками за собой тянут. Ты ведь им наверняка не рассказывал, что когда-то белый маг звал тебя в ученики? Но тебе казалась скучной и пресной честная жизнь, ты мечтал о приключениях, сказочных замках и несметных сокровищах. Прости за откровенность, но никаких сокровищ и замков я у тебя почему-то не увидел. А твои внуки и вовсе несколько лет задаром прислуживали законченному мерзавцу.
– Тебе хотелось меня задеть? – вздернув подбородок, старый колдун медленно поднялся с кресла, но воздушная плеть насильно вернула его на место.
Разумеется, без боя он не сдался. Минуты три рвал и жег плотно пеленавшие его плети, но они наматывались на него снова и снова, виток за витком. Прикрытые куполом советники молча наблюдали за этой битвой двух сильных магов, пока лэрд Грозби с усмешкой не произнес:
– Они очень напоминают мне купцов. Пока не попадут на склад и не увидят сепараторы – взрослые, рассудительные мужи. А как покрутят немного разные ручки, понажимают педали и рычажки – превращаются в ватагу любознательных мальчишек.
– А при чем тут сепаратор? – Сердито оглянулся начинающий выдыхаться Сигмут.
– Драки и споры, кто выше или сильнее, тоже сразу пробуждают в зрелых людях прежних сорванцов, – любезно улыбнулся ему советник.
– Я не стал бы с ним воевать, – пояснил Сабенс, успевший намотать на соперника несколько лишних слоев, – но он ведь просто удерет и не станет разговаривать!
– А зачем вы его злили? – Осведомилась Вильдиния, удобно сидевшая в крепких генеральских объятьях.
