Стоило шагнуть на территорию парка, их со всех сторон словно окружили киоски со сладкой водой, ватой, попкорном и стаканчиками с мороженым.
— Подождешь меня? — обернулся к Лили Джеймс.
— Если только немного, — усмехнулась Лили. — Возвращайся быстрее, а то мало ли что?.. Украдут меня большие злые волки.
— Не успеют. Я мигом.
Над толпой витал радостный дух. Гремела музыка. В парке к этому часу собралось сотни людей. Звенели голоса. Люди пели, смеялись, кричали. Над асфальтированными дорожками сияли японские фонарики. Поскрипывали карусели. Из тира доносились звуки выстрелов. Лили с удовольствием втягивала в себя ароматы, с детства ассоциирующиеся у неё с праздником: пахло свежеиспечённым хлебом, свежими опилками и сахарной ватой.
Громко и отчётливо звякнул колокол.
И в это самое мгновение внимание Лили привлекла к себе неясная дымка слабо мерцающая в воздухе. В первое мгновение она подумала, что ей просто мерещиться.
Неподалёку крутилось Чёртово Колесо, вращаясь на фоне темнеющего неба. Каркас его был металлическим, а раскрашенные гондолы — деревянными.
В небе вспыхнул сноб зелёных иск, в первый момент их легко было принять за фейерверк. Но Лили сразу поняла, что это не он.
Раз, второй и третий сверкающие зелёные звездочки рассыпались по небу.
Когда Джеймс подошёл, в руках его были легкомысленные стаканчики с фруктовым мороженным, но на лице застало напряженное выражение.
— Ты это видел? — спросила Лили. — Что это может быть?
— Похоже на сигнальные огни.
Парк накрыло едва видимой тонкой пленкой, которую магглы наверняка даже не заметили. Блеснула, точно отсвет прожектора, и снова стала невидимой. Чёртово Колесо охватило магическим сиянием, и оно остановилось.
Для магглов это выглядело так, будто машина ни с того, ни с сего застопорилась.
— Мерлинову мать!.. — прорычал Джеймс и в голосе его Лили расслышала ярость.
— Это Пожиратели? — невольно сорвался с губ испуганный вопрос.
— А кто ж ещё?
Джеймс неосознанно выступил вперёд, словно прикрывая Лили собой. Естественный для любящего мужчины, но в данной ситуации бессмысленный жест. Опасность могла прийти в любой момент откуда не ждёшь.
Так и произошло.
Будто в замедленной съёмке Лили наблюдала, как с оглушительным скрежетом опорные оси Чертова Колеса складываются пополам, как огромная конструкция, обвешенная кабинками, покатилась по парку, напоминая чудовищно-гротескный шар. Оно сминало палатки, лотки, давило людей. За несколько секунд парк охватил огонь. Раздался надрывный, пронзительный крик.
И только потом Лили увидела их — чёрные фигуры в белых масках, невозмутимо возвышающиеся над учиненным ими хаосом.
Не раздумывая ни секунды, со свойственной ей импульсивностью, она бросилась вперёд, но через несколько шагов наткнулась на непроходимую магическую стену.
Твари!
Невидимые барьеры создавали лабиринт, в котором у несчастных магглов не было ни малейшего шанса остаться в живых. Люди в панике сами давили друг друга.
— Финита Инкантатэм!
Лили вложила в заклинание всю свою ненависть, копившуюся в ней в последнее время и не находившую выхода. Как же она их ненавидела, этих утрачивающих в нечеловеческом снобизме человеческое лицо выродков!
Одна из фигур медленно взмахнула палочкой и Лили узнала её. Мир сузился до неприличия, сконцентрировался на одном лице. Лили, как торпеда, набросилась на безликую тварь, сбивая ту с ног.
— Поттеровская магло-шлюшка? — обернулась маска к Лили, блестя тёмными глазами в узких прорезях. — Чувствуешь? — плотоядно облизала она губы. — Конечно чувствуешь, не можешь не чувствовать страх и отчаяние этих недолюдей?
— Сейчас я почувствую твой страх, ведьма, — пообещала ей Лили, вцепившись в густые черные косы.
Беллатрикс взвыла от ярости и боли.
Она была непревзойдённым мастером в магическом поединке. Но Лили в припадке дикой ярости позабыв обо всем на свете, мутузила соперницу самым обыкновенным, унизительно-бабьим способом, не давая той дотянуться до палочки. Оседлав, ухватила за волосы и лупила куда попало, куда придётся, сдавливая до хруста бока противницы коленями, нанося удары то ладонью, то кулаками, то царапаясь, как кошка. Блэк просто повезло, что под ней была земля, а не асфальт, иначе Лили наверняка размозжила бы ей череп.
Беллатрикс и в кошмарном сне вряд ли снилось, что когда-нибудь придётся постоять за себя таким вульгарным, неаристократическим способом, как простой, но эффектиный маггловский мордобой.
— Это тебе за маму! Это — за папу! Это за Билла! Это за то, что оставила меня тогда в клетке с волчарой Люпином, сука! Это за пытки в Блэквуде! Сдохни, тварь! Сдохни! Сдохни! Слизеринская ядовитая гадина, ты у меня за всё заплатишь!
Беллатрикс уже не сопротивлялась. Маска по-прежнему скрывала лицо, но судя по обмякшему телу Пожирательница была без сознания. На мгновение Лили показалась, что ненавистная приспешница Тёмного Лорда мертва.
