— Я не могу тебя отпустить, — озвучил он итог размышлений. — Понимаю, — ответила я, удивляясь не столько его желанию вообще что-либо обсуждать со мной, сколько тому, что маг, казалось, сомневался в правильности решения.
— Не понимаешь, — усмехнулся инквизитор. — Тебя усиленно ищут. По твоему следу посылают отряды. И будь уверена, что если тебя поймают, умирать будешь долго и мучительно. Я молчала, пытаясь осознать услышанное. Получалось, что сидящий рядом маг не причислял себя к инквизиции, хотя носил такую же одежду. Он мог оказаться если не другом, то хоть не врагом. Сердце заколотилось сильней, но уже не от страха — от надежды.
— А вы… — продолжить не осмелилась, боялась ошибиться в выводах.
— Нет, — он покачал головой. — Я не собираюсь отдавать тебя Ордену. Но что с тобой делать дальше, пока не знаю. Выдохнула, не скрывая облегчения, но помалкивала. Маг хмурился, думал. Когда молчание очень уж затянулось, спросила:
— Может, вы мне разрешите хотя бы встать?
Он рассеянно кивнул, поднялся, бросил:
— Пока нет. Я сейчас вернусь, — и вышел, оставив дверь открытой.
Когда глаза привыкли к яркому свету, обнаружила, что комната, в которой я оказалась, была вполне просторной и явно женской. У кровати стояла тумбочка, у окна — туалетный столик с зеркалом, чуть ближе к другой стене — напольные пяльцы с натянутой на них тканью. Начатая, но далекая от завершения вышивка болезненно напомнила о родном замке, о былой жизни. Мне нравилось вышивать. Кроме того, что это занятие успокаивало, сразу были видны плоды трудов. В моей комнате в замке тоже остались пяльцы с незаконченной работой. Я отвернулась, окинула взглядом большой, закрывающий всю противоположную стену шкаф.
В коридоре снова послышались шаги, вошел маг. В его руках поблескивало какое-то украшение на длинной цепочке. — Этот амулет скроет твой дар. Ты по-прежнему сможешь пользоваться магией, но окружающие тебя не почувствуют. А Орден не найдет тебя на карте.
Он подошел ближе, надел цепочку мне на шею, заглянул в глаза. В его твердом взгляде и словах не было угрозы, лишь констатация факта.
— Но предупреждаю. Если ты попытаешься навредить мне или выдать местоположение этого жилища, я убью тебя. Он говорил спокойно, словно не о моей жизни, а о математической задаче. Сложной, но бездушной, бесчувственной. Возмущаться и говорить, что мне бы никогда и в голову не пришло причинить вред спасителю, было в этой ситуации до крайности глупо. Маг все равно не поверил бы.
Поэтому я просто кивнула.
— Хорошо, — сухо ответил мужчина.
Достав из кармана холщовый мешочек и надев его, как перчатку, он взял с одеяла на моей груди небольшой белый камушек. И в тот же момент я ощутила, что способна двигаться, вдруг почувствовала свой магический резерв. Оказалось, он был вовсе не так пуст, как считала раньше. На пару слабеньких заклинаний хватило бы.
— Когда спустишься по лестнице на два этажа, окажешься в длинном коридоре, — все так же сухо давал указания маг. Двери справа и слева — кладовые. Тебе нужна дверь в конце коридора, в торце. Там купальня. Мыло, щетки и полотенца там есть. Чистую одежду возьми из этого шкафа. Твоего резерва должно хватить на то, чтобы подогнать платья. Окно не открывай. Надеюсь, тебе ясно, что снимать кулон нельзя? — Ясно, — подтвердила я. — А что делать с мокрым полотенцем потом?
— Оставишь в купальне. К
— Кто? — удивилась я незнакомому слову.
Мое изумление мага позабавило, но ответил он коротко:
— Увидишь. Это мои слуги. Потом приходи на первый этаж. Справа от лестницы вторая дверь — столовая. Буду ждать тебя там.
На этом он посчитал беседу законченной, резко встал, подошел к двери.
— Спасибо, — поблагодарила я.
Он остановился на пороге, посмотрел на меня, медленно кивнул в ответ. В самом деле, слова вроде "не за что" или "не стоит благодарностей" прозвучали бы странно. Мы оба понимали, что он спас мне жизнь.
— Может, есть вопросы, которые не могут подождать до обеда? — поинтересовался он. В низком голосе слышалась усталость, и мне стало неловко от того, что задерживаю мага.
— Как вас называть?
Он недолго помолчал, словно решал, сказать правду или нет. —
Он вышел. Я слышала, как он спустился по лестнице, как тихо затворилась за ним какая-то дверь.
