Я молча наблюдала за тем, как Эдвин осторожно кладет руку на дверь, как толкает ее от себя. Казалось, это происходило умопомрачительно медленно, возможно, потому что в эти доли секунды поняла, что лис не должен увидеть лица своего освободителя. По крайней мере, сейчас.
Заклинание свилось само. Я не осознавала, что делаю. На пальцах искрила магия, а лицо Эдвина плотно облегла черная с огненными прожилками маска, оставляющая открытыми только глаза. При этом мое волшебство Эдвин не заметил, а его силуэт странно смазался, вдруг стал расплывчатым. Этот неожиданный эффект сильно испугал меня. Наверное, поэтому короткий разговор в хижине запомнился так ярко.
Открытая дверь, большая комната, просторная клетка.
Магический фонарь подплыл к прутьям. Лис казался спящим. Блеклый мех, проблески седины, тусклое сияние довольно слабого дара. Невольно вспомнилась кошка, вернувшая мне кольцо. Она виделась женщиной лет пятидесяти, лис невысоким мужчиной с седеющими рыжими волосами, залысинами и дряблыми щеками.
— Проснитесь, — требовательно и пугающе громко сказал Эдвин. Его голос прозвучал странно низко и неприятно. Будто чужой.
Лис вздрогнул, поднял голову, потом сел. Ошеломленный маг, подслеповато щурился и даже тряхнул головой, словно отгонял наваждение.
— Назовите себя, — потребовал Эдвин тем же чужим голосом.
— Форт, — прищурившись, ответил лис. — А вы? И ваш спутник…
Он посмотрел в мою сторону, поднял правую лапу, словно указывая. Я знала, что плохо видна ему в темноте, но все равно отпрянула. Такое пристальное внимание насторожило. Эдвину оно не понравилось еще больше. Он быстро и неразборчиво пробормотал что-то, с его ладони сорвалось синее заклятие. Пролетело сквозь решетку и опутало лиса. Тот дернулся пару раз и затих.
— Уходим отсюда. Живо! — велел Эдвин, выскакивая из хижины.
— Что случилось? — едва поспевая за ним, бросила я.
— Он здесь добровольно.
Он обернулся, хотел еще что-то сказать, но тут у самой кромки леса полыхнуло заклятие.
— Берегись! — крикнула я, барьером закрывая Эдвина. Через мгновение у меня за спиной с хлопком и треском в защитную стену врезалось еще одно.
Нас атаковали со всех сторон. Магия искрила, искажала реальность. Воздух дрожал, пахло серой и гарью, паленой костью. В отсветах заклятий видела поднятых мертвецов.
Больше трех десятков.
Оставалось радоваться, что это не инквизиторы. Иначе шансов у нас не было бы.
Поднятые магией трупы быстро тратили свои резервы, швыряя в нас заклинания. С ужасающим проворством подбирались к нам. В подгнивших руках блестели ножи и мечи. Кирасы отражали разноцветные всполохи.
Жутко.
От страха леденело сердце, билось с перебоями. Повторяла про себя, что справимся. Что не зря тренировались.
Кольцо вокруг нас сжималось. Я берегла резерв. Старалась не гасить, а перенаправлять летящие в нас заклинания во врагов. Эдвин этого не умел. Мог только отбиваться, растрачивая магию. Он слабел. Почувствовала всплеск магии — Эдвин одним движением сломал несколько восстанавливающих резерв амулетов. Но на пополнение резерва нужно время. Прикрыв нас со всех сторон щитовыми заклятиями, выиграла пару минут. Их хватило. Тяжело дыша и прикрыв глаза, Эдвин вбирал силу артефактов. Я тоже воспользовалась передышкой и с удовлетворением и жаждой впитывала из согнутых в руке бляшек магию. Резерв медленно восстанавливался. Я старательно поддерживала защиту. К нам подходили мертвецы.
Они были близко. Один попытался пробить светящуюся стену. Сгорел и упал.
Я пыталась спасти щиты. Но возведенные наспех заслоны рухнули. В последний момент увернулась от другого нападающего. Эдвин испепелил его, к моим ногам упала горка пепла и кираса. Я сломала еще один восстанавливающий амулет, сунула оставшиеся в руку Эдвину. Он расходовал силы быстрей.
Он хотел возмутиться, вернуть их мне. Рядом с ухом мерзко просвистело заклинание. Эдвин вскрикнул от боли, упал на колено, смял в ладони артефакты. Высвободившаяся магия щекотала чувства. Я оберегала любимого, отражая заклятия, давая ему возможность восстановиться.
Мы пробивались к лесу, к сияющей золотом бечеве. До края поляны оставалось совсем немного. Я перепрыгнула через дымящийся труп. Не успела уклониться от заклятия. Вспышка боли пробила колено. Я упала.
Эдвин бросился ко мне. Прикрыл от еще одного заклятия. Рывком поставил на ноги. Я вцепилась в его руку, стараясь не стонать от боли. Колено предательски подогнулось. Нога дрожала.
— Можешь идти?
— Могу, — разламывая два лечебных амулета, солгала я. Прекрасно понимала, что одновременно тащить меня и отбиваться от мертвецов Эдвин не сможет.
— Тогда иди. Я отвлеку их.
Кивнула и поковыляла к лесу. Лечебные амулеты действовали, но на ногу опираться все равно не могла. Кое-как доползла до первых деревьев, вцепившись в ствол ближайшего, оглянулась на Эдвина. Он перекинулся и в волчьем обличье уводил от меня мертвецов.
