Моей первой мыслью было велеть ему говорить потише, но вокруг стоял такой шум, что я сам едва мог его расслышать.
– Мы не можем знать этого наверняка, но…
– Еще как можем, – сказал Рик. – Не валяй дурака.
Я вздохнул.
– Слушай, я всего лишь хочу сказать, что…
– Все никак в голове не укладывается, – прервал Дональд.
Рик щелкнул костяшками пальцев и зло глянул на Дональда.
– Донни считает, что мы должны отдать кассету копам.
– Я сказал, что нам следует об этом подумать.
– Затянет нас в эту грязь – не выберемся, – сказал я.
Дональд посмотрел на меня остекленевшими глазами.
– Мы уже в грязи по уши. – Он заглотнул остатки коктейля, как раз когда появилась официантка с новой порцией. Когда она отошла, он зажег сигарету и продолжил: – Слушайте, у нас на руках возможная улика. Нам нужно принять правильное решение, и в данном случае самым правильным, как мне кажется, будет по крайней мере подумать о том, чтобы отдать кассету властям.
– Нет, – отрезал Рик. – На фиг.
Я сделал глоток пива и провел холодной бутылкой по лбу.
– Я не уверен, что отдать кассету полиции – хорошая идея. Рик прав: учитывая, сколько вокруг этого дела шума, зачем нам привлекать к себе внимание?
– Мы-то ничего противозаконного не делали, – сказал Дональд. – Да что с вами
– И в конце концов все забудется. – Рик отставил бутылку колы, положил руки на стол между нами ладонями вниз и снова наклонился вперед. – Что сделано, то сделано, Донни. Эта кассета никого не вернет к жизни и ничего не докажет, а отдав ее полиции, мы добьемся только того, что наши имена появятся в газете. Я пытался донести это как можно яснее. Я сидел. И мне совсем не нужно, чтобы копы начали копаться в моей жизни. Я не хочу иметь ничего общего с этим делом, слышишь? Ничего. Я не сомневаюсь, что на записи Бернард говорил правду, что он и вправду все это натворил. Но теперь все кончено. Если бы он собирался убить кого-то еще, а мы могли этому как-то помешать – тогда другое дело. Но он мертв, с ним покончено. Больше жертв не будет.
– Ну хорошо, а если я ее отдам? Я скажу, что она досталась мне и…
– Не катит.
– Слушай, ты не можешь принимать решение за всех. Это дело касается нас всех.
Рик покачал головой.
– За мной последнее слово.
– Ерунда какая-то. – Дональд умоляюще поглядел на меня. – Алан, ради всего святого, ты-то хоть меня поддержи.
– Извини, – сказал я. – Тут я согласен с Риком.
Он уставился на меня.
– Почему?
– Потому что в конечном итоге эта запись ничего не значит.
Рик и Дональд переглянулись.
– В каком смысле?
– Мы все понимаем, что в этом деле замешано что-то непонятное, – сказал я. – И мы сможем во всем разобраться, узнать наверняка, кем был Бернард и что он сделал, только если вернемся к началу. – Я одним махом допил пиво, едва слышно отрыгнул и объяснил им свой план по восстановлению истории действий Бернарда.
Дональд задумчиво затянулся.
– Я понимаю, что тебе хочется придать этой ситуации какой-то упорядоченный вид, Алан, правда. Но…
– Что «но»?
– Тебе не кажется, что нам и без того хватает проблем? Чем глубже мы закопаемся, тем больше вероятность, что мы начнем открывать двери, которые почти наверняка лучше оставить закрытыми.
– Мы можем найти и кое-что похуже, – добавил Рик. – То, о чем мы не хотим знать.
– Ага, – я кивнул ему через качавшиеся между нами изящные завитки дыма. – Такое вполне возможно.
– А тогда что толку? – пожал плечами Рик. – С тем же успехом можно просто заткнуться, затаиться и переждать, пока гроза не пройдет, понимаешь?
– Тебя пугает то, что мы можем обнаружить, Рик?
Его лицо ожесточилось.
– Это не я слетел с катушек и начал видеть невидимое, разве нет?
Я поставил пивную бутылку и отодвинул ее к краю стола, сопротивляясь желанию разбить ее об его голову.
– Поступайте, как хотите. Я хочу знать правду.
– Молодая женщина была жестоко зарезана и оставлена в неглубокой могиле на поле, где город хоронит мертвых животных, – ровно проговорил Дональд. – И почти наверняка Бернард убил и ее, и еще бог знает скольких еще, а мы все это время даже не подозревали, что он был психопатом.
Рик энергично закивал.
– Донни наконец говорит что-то толковое.
Нас прервал внезапный восторженный вопль группы молодых людей возле одной из пинбольных машин, и мы все вместе повернулись в ту сторону.
– Рекордный счет! – заорал один из них.
Дональд закатил глаза.
– Позвоните в газеты!
Я негромко рассмеялся, даже не задумавшись. Удивительно, как смех умеет разогнать мрак практически в любой ситуации. Но теперь он был не к месту и быстро растворился.
