— Видите вон там DH-7? — показал Барнс на иллюминатор. — Так вот, рядом с первым цилиндром расположен ангар, под куполом которого помещается субмарина, оставленная водолазами. В ситуации вроде нынешней, — продолжал Барнс, — правила ВМС требуют, чтобы все записи и сообщения переправлялись на субмарину каждые двенадцать часов. Субмарина поставлена на специальный режим подъема и спуска, счетчик срабатывает каждые двенадцать часов. Таким образом, если никто не попадет туда в течение двенадцати часов, чтобы передать последние сообщения и нажать на желтую кнопку «Отсрочка», субмарина автоматически сбрасывает балласт, спускает воздух и без промедления поднимается наверх.
— Но почему?
— Если здесь, внизу, произойдет какое-нибудь несчастье — скажем, что-нибудь случится со всеми нами, — тогда субмарина автоматически поднимется на поверхность через двенадцать часов, со всеми записями, фиксирующими события до определенного момента. ВМС обнаружат субмарину на поверхности и смогут по записям восстановить то, что происходило с нами здесь, внизу.
— Ясно. Эта субмарина — наш регистратор полетов.
— Можно сказать и так. Но это и наш единственный путь наверх, наш единственный аварийный выход.
— Значит, Леви отправилась на субмарину?
— Да. И она все сделала, потому что субмарина все еще здесь.
— Она переписала записи, нажала на кнопку «Отсрочка» и потом погибла на обратном пути?
— Да.
— Как она умерла? — спросил Гарри, внимательно глядя на Барнса.
— Точно неизвестно, — сказал Барнс.
— Все ее тело было раздроблено, — отозвался Норман. — Оно напоминало губку.
Гарри спросил Барнса:
— Час назад ты приказал переставить и переналадить высокочувствительные датчики. Почему?
— Мы получили очень странную информацию в предыдущий час.
— Информацию какого рода?
— Что-то снаружи. Что-то очень большое.
— Но тревога не сработала.
— Да. Это нечто большее, чем то, на что рассчитаны параметры системы тревоги.
— Ты хочешь сказать, что это слишком велико для того, чтобы запустить механизм тревоги?
— ж- Да. После первой ложной тревоги установки полетели, перестав реагировать на что-то больших размеров. Вот почему Тина должна была переналадить установки.
— А что же вызвало тревогу сейчас? — спросил Гарри. — Когда Норман и Бет были там, снаружи?
— Тина? — переадресовал вопрос Барнс.
— Я не знаю, что это было. Кажется, какое-то животное. Оно не издавало звуков и было очень большим.
— Большим? Но каким?
Тина покачала головой:
— По электронным отпечаткам, д-р Адамс, я бы сказала, что оно было почти таких же размеров, как наш модуль.
Бет опустила одно из круглых белых яиц на подставку микроскопа.
— Так, — сказала она, вглядываясь в отверстие, — это явно морское беспозвоночное. Но самое интересное — это слизистое покрытие. — Она повернула яйцо пинцетом.
— Что это такое? — спросил Норман.
— Какое-то белковое вещество. Клейкое.
— Нет, я имел в виду, что это за яйцо?
— Еще не знаю. — Бет продолжала свое изучение, когда снова взвыла сирена тревоги и заполыхали красные огни. Норман почувствовал внезапный страх.
— Вероятно, опять ложная тревога, — предположила Бет.
— Внимание, внимание, — сказал Барнс через динамик. — Всеобщее внимание, готовность к сражению.
— О, Господи, — вымолвила Бет.
Она быстро проскользнула вниз, как будто лаборатория была огневой точкой, Норман неловко пыхтел за ее спиной. В комнате связи цилиндра D он увидел знакомую сцену: все столпились у компьютеров, а задние панели вновь были сняты. Огни по-прежнему полыхали, сирена завывала.
— Что там такое? — прокричал Норман.
— Оборудование не работает!
— Какое оборудование не работает?
— Мы не можем отключить чертову тревогу, — проорал Барнс. — Она включилась, но мы не можем ее выключить! Элис!..
— Работаю над этим, сэр!
Массивная женщина-инженер ковырялась за компьютером, Норман видел ее согнутую спину.
— Выруби проклятую штуковину!
— Вырубаю, сэр!
— Выруби, я не могу
Услышать что? хотел бы знать Норман. И тут Гарри влетел в комнату, столкнувшись с Норманом. «Боже…»
— Это авария! — надрывался Барнс. — Это авария! Военнослужащий Чан! — Тина работала по соседству с ним, как всегда невозмутимая, регулируя мониторы. Она сняла наушники.
Норман увидел сферу на видеомониторе. Она была закрыта.
Бет подошла к окну и принялась рассматривать белый материал, залепивший стекла. Барнс метался как шаман в сполохах красных огней, вопя и кидаясь во все стороны.
Но внезапно тревога стихла, и погасли красные огни. Все молчали. Флетчер потянулась и вздохнула.
Гарри сказал:
— Я думал, вы зафиксировали ее…
— Шшш…
Они услышали тихое повторяющееся «понг!» высокочастотных импульсов. Тина сжимала руками наушники, нахмуренная, сосредоточенная.
Никто не двигался и не говорил. Они стояли, напрягшись, слушая звуковые импульсы.
Барнс тихонько пояснил остальным:
— Несколько минут назад мы получили звуковой сигнал. Снаружи. Что-то огромное.
Наконец Тина сказала:
— Я больше не получаю его, сэр.
— Переходи на пассивный режим.
— Перехожу, сэр.
Пикающий сигнал прекратился. Вместо него они услышали свист. Тина переключила наушники.
