А двое уходят в ночь бок о бок – туда, где смерть поджидает Флетчера.
– Нам угрожает реальная опасность, – нарушает паузу Грим. – Я консультировался с членами Совета. Мы попытаемся скрыть несчастье, чтобы избежать волнений, но мы сбиты с толку. Это нечто новенькое! Не случилось ли с Флетчером что-нибудь особенного, что могло спровоцировать Катерину? Ребята, расскажите мне обо всем честно, без утайки.
Джослин и Стив синхронно качают головами.
– Флетчер прятался от нее, – лепечет Джослин. – А на видео он спокойно идет рядом с ней…
– Вы во всем виноваты! – вдруг взрывается Мэтт. – Вы ей ничего не дали!
Стив ошеломленно таращится на сына.
– На сожжении Плетеной Бабы! Не захотели ничего ей поднести, и она Флетчера забрала!
– Не болтай чепуху, – отвечает Стив. – Как ты вообще мог до такого додуматься, Мэтт?
– Откуда тебе знать?
Мэтт, рыдая, вырывается из объятий матери. Стив и Грим переглядываются.
Грим пожимает плечами.
Все только начинается, понимает Стив. Мы еще услышим сотню нелепых догадок. Желание ткнуть пальцем, найти козла отпущения. А если жертвами станем мы? Что будет с Джослин и мальчиками?
– Тайлер, ты не замечал чего-нибудь странного в последние дни? Флетчер чувствовал себя хорошо?
Тайлер хмурится.
– Ты не натыкался на Катерину, когда выгуливал собаку?
– Нет.
Стив пытливо смотрит на сына.
– Тайлер, пожалуйста, не скрытничай, ладно? Ситуация критическая и явно не в нашу пользу.
– Он прав, – произносит Грим. – Не бойся, парень. Если вы с видеокамерой баловались, я вас не выдам. Конечно, вы не хотели, чтобы кто-нибудь пострадал. А мне просто необходимо быть в курсе. Сам видишь, что над Блэк Спринг сгустились тучи.
У Тайлера по щекам текут слезы, его губы дрожат. Похоже, взрослые вынудили сделать признание! Тайлер открывает рот, но громкий треск и звон разбитого стекла мешают все карты.
Гораздо позже кто-то вспомнит, что Тайлер так ничего и не сказал…
Все вздрагивают, и Стив поворачивается к источнику шума. Грохот усиливается. Раздвижные двери широко открыты, и взору Стива предстает то, что его мозг сперва не в состоянии переварить.
Паладин вламывается в комнату, разворотив оконную раму. Ковер усыпан стеклянным крошевом. Мышцы бугрятся под гладкой взмыленной кожей жеребца. Паладин закатывает глаза и мчится прямо на своих хозяев.
Он неумолимо приближается, но вдруг скользит по полу и с размаху врезается в обеденный стол. Деревянные ножки стола ломаются, стол падает, и Паладин заваливается набок, обезумев от страха.
Теперь беспомощно молотит копытами в воздухе и отчаянно ржет.
Семья Грантов и Роберт Грим кидаются врассыпную, будто спасаясь от бомбежки. Никто не кричит – звериная ярость лишила людей дара речи.
Паладин встает на дыбы, прекрасный и сюрреалистичный, сшибая люстру в столовой. Джослин и Мэтт одновременно бросаются к Паладину, пытаясь взять жеребца за поводья. Но он – не единственный, кто вырвался из конюшни. Нуала галопом скачет по двору, влетает на Дип Холлоу Роуд и несется на запад.
К счастью, на улице нет машин: повезло и автомобилистам, и Нуале. Лошадь снимают камеры видеонаблюдения – сначала у парковки, где Философерс Крик делается совсем узким, а потом на углу Паттон-стрит.
Джослин и Мэтту удается утихомирить жеребца. Паладин фыркает и брыкается, сшибая стулья, но жесткие команды Джослин приводят его в чувство. Стив помогает Роберту Гриму подняться на ноги. Кажется, еще немного, и его колотящееся сердце разорвет ему грудь.
Во дворе раздаются голоса. Вандермееры – Пит, Мэри и Лоуренс – спешат на помощь Грантам. Уилсоны, что живут напротив, и другие соседи делают то же самое. Их словно притягивает магнитом к дому Грантов.
В штаб-квартире СГЛАЗ Уоррен Кастильо и Клэр Хаммер уставились на экран разинув рты. Они видят, как из дома выбегают Стив, Тайлер и Грим – и растерянно озираются по сторонам.
Клэр проверяет другую камеру, и у нее к горлу подкатывает тошнота.
Камера показывает группу людей, сгрудившихся у песчаного русла Философерс Крик.
В мутной воде алеют кровавые разводы.
В воскресенье колокольчик на двери мясной лавки Гризельды звенел без умолку.
Гризельда не работала по выходным, но сегодня решила выполнить общественный долг и открыла обеденный зал для взвинченных горожан, которые уже посетили церковную службу.
Теперь они хотели обстоятельно побеседовать друг с дружкой и почесать языками.
День выдался погожий, но по-осеннему холодный. Рассеянный солнечный свет отражался от луж. Однако Блэк Спринг окутал мрак, который проник и в души людей.
Они шарахались от холмов и ручьев, воротили нос от мерзкой вони, идущей из леса. Гризельде они напоминали беженцев. Они стремились к церкви Пречистого Мета и церкви Святой Марии, движимые потребностью поделиться друг с другом страхами и надеждой под перезвон колоколов. Закон строго-настрого запрещал священникам упоминать в проповедях Катерину, поскольку на службе могли затесаться Пришлые, но те нашли способ обойти правила. Они призывали паству не сдаваться перед «ужасом ночным» и «вверить себя Господу».
