Да, в вопросе профессионализма этот мир предъявлял еще более жесткие требования, но мастеру своего дела или просто человеку решительному, готовому взяться за любую работу, он предоставлял шансов ничуть не меньше. А может даже и больше, по крайней мере, их мир знал не один подобный пример, которых по мере развития цивилизации становилось все меньше и меньше. Но все же Рябушев придумал, как занять народ и даже нашел подходящее дело в рамках их навыков.
Маркетинговые исследования. Дело несложное, толика внимания и десять тонн терпения, собственно, на этом все. И народ с жаром принялся за дело, старательно выцарапывая на бересте результаты своих наблюдений. Когда Рябушев взялся почитать итоговые результаты, оставшиеся волосы на его голове встали дыбом.
Вот же угораздило его попасть в автобус, набитый офисным планктоном. Чем они занимались на работе, было решительно непонятно. Как они могли работать в их мире пересыщенного потребителя, если здесь выдавали на гора такие результаты. Хотя, раз с голоду не умирали, значит как-то работали. Чего стоил перл про острую нехватку гвоздей и шурупов, для рынка, где металл был в дефиците и стоил серьезных денег, за горсть гвоздей из дерьмового железа можно было купить живого барана. Даже лошадей подковывали только тяжеловооруженные всадники из княжеской дружины.
Попался, один раз толковый отчет с примерными расчетами. Производство мебели. В принципе могло и сработать. Милан, по местным меркам человек состоятельный, а из мебели столы, лавки, да многочисленные сундуки с добром. Кровать в доме была только одна, для хозяина и его супруги, остальные спали на лавках, печи или специальных лежаках над печью. Кстати, про печь, во всех домах, где Рябушев успел побывать, он не встретил обычной русской печи. Везде было что-то похожее на уродливую помесь камина и каменки. Причём, в паре мест эти уродцы не имели нормальной трубы, дым выходил прямо в комнату. А в одном доме, вообще посреди комнаты располагался очаг. В общем, страх и ужас.
Время шло, народ дурковал и требовал денег все больше, а здравых идей становилось все меньше. А вскоре товарищи попаданцы начали возвращаться домой навеселе. Наконец, Рябушева все это конкретно достало и пришлось прибегнуть к старому и проверенному жизнью методу. Во время традиционной шахматной партии после ужина, попросил Милана замордовать народ на работах и в средствах для достижения поставленной цели не стесняться. Новгород был на подъеме и работы на верфи всегда хватало. Да и хозяин их был человек опытный, сразу понял что к чему. Понимающе хмыкнул и пообещал помочь.
Следующим вечером самый горластый гражданин вернулся с ухом фиолетового цвета, ладони у кораблестроителя по твердости были как дубовая доска, из которой он строил свои корабли. Утром бузотер попытался устроить забастовку, лучше бы он этого не делал. Ведь прекрасно знал, как здесь решаются трудовые споры. В общем, Милану для завершения переговоров в свою пользу, потребовалась всего одна пощечина, и один направляющий пинок, когда борец за права рабочего класса снял свои классовые претензии. Народ продержался три дня, а потом в полном составе выразил желание внести вклад в общее дело, а именно, пополнить ряды строителей на загородном объекте. Вот и славненько – и от городских соблазнов дальше, и Олегу дармовые землекопы. У него-то не забалуешь.
А через две недели после отъезда Алексея, они стали рабовладельцами. Было это так. В ночь с субботы на воскресенье неожиданно появился Олег. В городе он бывал практически каждый день, но к Милану не заезжал, все мотался по мастерским ремесленников, размещая многочисленные заказы. Посмотрев на его состояние, Рябушев немедленно отправил его спать. Подлетел соскучившийся по приятелю Вторак, предложил отправиться сразу к девочкам в веселую слободку, но разглядев красные от недосыпа глаза менеджера согласился перенести визит на завтра.
Утром, уже заметно отдохнувший строитель, поделился проблемой. Дела на стройке как в городе, так и в лесу, шли успешно. Плотницкие артели и народ, подряженный на земляные работы, продуктивно работали весь световой день. Плохо было одно, они работали в рамках уже заключенного договора, а все возникающие по ходу строительства доработки, требовалось оплачивать отдельно. Прижимистый менеджер попытался нанять народ на постоянную работу с фиксированной зарплатой, но потерпел неудачу. Разнорабочего на сезон – пожалуйста, уже толпой следом ходили. А толкового кузнеца и плотника было не уговорить. Разовый заказ – извольте, а за зарплату ни в какую.
