— Тебе дарят цветы.
Интересно, а если он узнает о шоколадке, он и ее раскрошит? Хотя она уже ее съела.
— Я зашел поговорить с тобой. Захотелось пообщаться без лишних ушей. С тобой постоянно кто-то есть.
— Зашел? Да ты проник, а между прочем внизу магистр. И разговор кстати мог подождать и до утра.
— Нет.
Кудрявцева сцепила зубы. Он снова уселся обратно на подоконник.
— Я рассчитываю на диалог.
— Вломившись ко мне без приглашения? Как узнал? Следил за мной? — и бросила взгляд на асура. Некоторое время он молчал и наблюдал за ней. — О чем ты хотел поговорить? — осторожно спросила Лизавета. — Ты вроде хотел мне что-то объяснить, и инициатива исходила именно от тебя.
— Почему я тебе не нравлюсь? — наконец спросил он. — Почему боишься больше чем остальных? — его янтарные глаза потемнели.
— А почему ты порой надо мной издеваешься?
— Ты забавная.
— Прозвучало так, словно я игрушка. Зверек.
— Красивый зверек, — усмехнулся мужчина, облокотившись плечом о стену и с каким-то равнодушием разглядывал девицу.
У Лизы взыграло женское самолюбие. Понятно, женщину он в ней не видит. Кудрявцева прищурилась, ей захотелось проверить действие лекарства, которое он должен был принять в своем «остром периоде». Она подняла свои лучистые зеленые глаза, затем непринужденно тряхнула головой, давая своим волосам свободно рассыпаться по плечам. С чужих слов она знала, как это выглядит со стороны: словно волна расплавленного золота растекается у нее вокруг головы, обрамляя ее прекрасное, тонкое лицо. Она бросила быстрый взгляд на асура, желая увидеть, какое впечатление на него производит эта картина.
Увы, он и глазом не моргнул, словно ничего и не заметил.
— Что ты хотел мне объяснить? — расслабившись спросила Лизавета, хотя у нее на языке вертелась тысяча вопросов и главный из них, это узнать о нити на запястье.
— Прежде, чем рассказать о нити на твоей руке, я сперва хотел бы узнать куда подевалась твоя беременность. И жду честного ответа.
- Раздулась, а когда попривыкла к энергии твоего мира то стала той, которой была прежде, — и тихо выругалась. — Например, хасс Адар, когда попал в ваш мир месяц не мог проявить свой облик, так и прибывал в демоническом. Вот и я не отвечала своим стандартам.
Лиза замерла и взглянув на мужчину ей стало не по себе.
- Ложь, — хмыкнул Ашэрр. — Не верю. Если хочешь услышать о петле, то расскажи о себе правду. И не стоит пытаться меня провести.
— О петле? — не поняла Лизавета насторожившись.
— Магическая петля, — и выразительно посмотрел на ее руку. Лиза машинально посмотрела на нить на запястье.
— Ты же знаешь, что из-за клятвы я многое не скажу тебе. И почему я должна быть с тобой откровенна?
— Потому что про урну и тебя знаем только магистр и я.
— Если магистр не ввел тебя в курс своих дел, то и я не стану, — прищурилась Лизавета. — Почему я должна тебе довериться и все рассказать? Магистр, к примеру, меня домой вернет, а ты — нет. У нас с ним нерушимый договор.
— И заключила ты его на крови? — усмехнулся он.
Лиза кивнула.
— А магистр тоже на крови? — сощурил асур янтарные глаза.
Лиза застыла и медленно произнесла: — Нет.
Маска спокойствия и равнодушия снова упала на лицо мужчины.
— Раз уж я сам обещал объяснить кое-что, то объясню. Об этом знает каждый асур, но не думаю, что захотят с тобой поделиться информацией, не получив что-то для себя взамен. Возникнут вопросы, почему ты интересуешься такой клятвой, а рассказать о ней не сможешь.
Лиза нахмурилась и сдвинула брови наморщив нос. Она считала, что вид у нее при этом становится серьезный, а Ашэрр едва удерживался от хмыка при виде этой забавной мордашки.
— Расскажи мне, — негромко проговорила она.
Он плавно соскользнул с подоконника и подошел к ней:
— Давай заключим соглашение, — большим пальцем он приподнял ее подбородок, словно желая получше рассмотреть ее лицо. — Ты расскажешь о себе и откуда у тебя урна, а я про магическую петлю и то, что успел понять о твоем скрытом даре. Ты мне интересна. Так что можешь смело верить в мое бескорыстие. Мной движет только любопытство. Не более.
