— Спасибо, профессор, на добром слове.
— Обращайтесь, — с ехидной усмешкой ответил Снейп.
— Может быть мы до гостиной своим ходом?
— Только если до гостиной. И вот ещё. Трансгрессия в замке возможна, но запрещена. Так что ножками, ножками.
Как только мы спустились с башни, Снейп с характерным звуком исчез в темноте. Теперь–то я наконец понял, как он так быстро по замку перемещается — он попросту летает в трансгрессии. В темноте дыма вообще не видно, а звука почти нет, да и заглушить его можно при желании. Наверняка и нас он настиг, увидев два трансгрессионных следа.
Мы молча шли до гостиной. У самого портрета я таки не удержался:
— Злюка Снейп. Такой момент испортил.
— Он прав, — Гермиона серьёзно посмотрела на меня. — Нам есть над чем работать, а отношения могут всё отправить в бездну.
— Эх. Вот я вроде бы умный, а что делать в таких ситуациях — понятия не имею.
Гермиона улыбнулась и привстав на носочки, что в туфлях почти ничего не изменило, мимолётно поцеловала в губы.
— Никуда я не денусь. Как и ты.
— Вот теперь ещё и не засну.
— Потому и встречаться лучше потом. По крайней мере после того, как победишь в турнире, где от твоих навыков зависит твоя жизнь.
Назвав пароль мы зашли в гостиную. Тут было, наверное, с десяток старшекурсников. Многие так и не переоделись, оставаясь в платьях и костюмах, только в куда более вольном виде. Но опять же, никакого непотребства. Сидели на диванах и креслах, общались. Некоторые пары попросту обнимались. И все тихонько попивали лёгкие напитки. Нас встретили тихо, доброжелательно, обозначив этакое приветствие бокалом, бутылочкой или кружкой, поднятыми в воздух.
Проводив Гермиону до дверей женского крыла, спустился обратно и сел на наш неприметный диванчик расстегнув пуговицы пиджака. Глядя на эту тихую и спокойную атмосферу, я в который раз себя ловлю на мысли, что у нас крайне неудачное лицо факультета, коим сейчас является Поттер и Рон. Проказы близнецов тоже играют свою роль, но однажды я растворил на ингредиенты парочку их шальных конфет — там вообще нет растительных компонентов, как и животных. Они, судя по всему, пожертвовали некоторой мощностью эффекта, оставив лишь изменившуюся полностью безопасную основу, совместимую со всеми зельями. Понятно, почему Снейп штрафует их с таким азартом — они талантливые изобретатели и зельевары, тратящие свои силы на всякие глупости.
Что же касается Рона и Поттера… Поттер, как звезда всеанглийского масштаба автоматически стал лицом факультета. Лицом неопрятным, не особо культурным и не очень–то воспитанным. Но в этом он виноват наполовину. Другом его стал такой же дикий Рональд, который ещё и жутко завистлив. В итоге Поттер и не видит того, что он далеко не самый приятный персонаж. Я, конечно, тоже тот ещё говнюк, если подумать. Но Поттер и Уизли вообще всегда в центре внимания, и всегда специально или не очень выпячивают своё «Гриффиндорство». Вот и судят нас по ним. А слизеринцев судят по их яркой звезде — Малфою и компании. Вот и получается, что Гриффиндорцы — слабоумные свиньи, а Слизеринцы — расфуфыренные твари. Печально. А ведь всё не так уж и однозначно, на самом–то деле. Да. Не всё есть то, чем кажется…
Рождество — чудесная пора! Вот только в моём случае кроме бала праздника–то и не было. Уже на следующий день после этого знаменательного события я и Гермиона вернулись к тренировкам, а отсутствие учёбы в это время лишь позволяло больше тренироваться. Ну и в Запретной Секции мы наконец–то учили материал больше часа в день. Это небольшое возвращение в библиотеку, которое мы не могли себе позволить из–за прочих учебных и проектных нагрузок, вернуло некоторую стабильность и привычность происходящему.
Помимо совершенствования в трансфигурации, которую Дельфина вбивала в меня с особым старанием, мы размышляли над тем, как максимально быстро и эффективно спасти гипотетического пленника на втором туре. Проблема была в том, что в трансгрессии крайне тяжело, практически невозможно забрать с собой ещё одного волшебника, если тот без сознания. Даже будь второй волшебник в сознании и сопротивляйся, было бы проще. Это подводит нас к мысли, что даже доберись я в трансгрессии до предполагаемой цели под водой, мне нужно будет доставить эту цель обратно уже другим способом.
Была шальная мысль трансфигурировать похищенного во что–нибудь, но без предварительной подготовки или татуировки как у меня, это может повлиять на психику. Ещё ведь и неизвестно, с помощью какого заклинания похищенные будут помещены под воду, хотя подходит только Стазис — в таком состоянии не нужен ни воздух, ни еда. Отрицательные температуры тоже не страшны, как и высокие в разумных пределах — температура горения уже опасна. Но опять же неизвестно, как повлияет трансфигурация в предмет или ещё что–то на человеке в стазисе. Заклинание из гримуара тоже не подходит — достоверно неизвестны его последствия, а Гермиона всё–таки не тот человек, на котором я буду экспериментировать.
