— Ну, а представь, что бумкнул алмаз размером с кулак. Катастрофа?
— Я бы сказала, финансовый крах.
— Вот именно.
Так мы рассуждали о схеме несколько минут, пока из мужского крыла не раздался очередной вой яйца. Правда на этот раз он был несколько дальше. К нам направился Дин и Симус.
— Ребят, — заговорил Симус, взлохматив себе волосы. — Макс. Ты же тоже чемпион. Ты разгадал эту дурную загадку?
— Да.
— Скажи Гарри, а? Сил нет никаких.
— Сказал.
— А он?
— А ты не слышишь?
— Дерьмо…
Стоявший рядом Дин хмыкнул.
— Я уже и не рад, что Поттер — чемпион. Как–то всё… Неоднозначно.
Гермиона посмотрела на ребят.
— Просто эти двое…
— Кто?
— Рон и Гарри. Они решили, что Макс желает, чтобы Гарри сломал яйцо.
— А ты желаешь? — с улыбкой глянул на меня Симус.
— Теперь уже да.
— Хм… — Дин посмотрел куда–то в потолок, где наконец стали сдуваться близнецы. — А его возможно сломать?
— Всё можно сломать, было бы желание.
Сдувшиеся и спустившиеся с потолка близнецы бегом отправились в погоню за Ли Джорданом, присвистывая и улюлюкая, грозя ему таким же незабываемым приключением. Парень со смехом бегал по гостиной, прячась за другими учениками, что в ужасе отпрыгивали в стороны.
— Кажется, пора расходиться по укрытиям, — сам себе кивнул Симус, и они с Дином удалились.
— Макс, а мы?
— А мы сделаем проще.
Вновь вынув уже убранную палочку, наколдовал вокруг нас прочную сферу Проте́го Тота́лус. Удерживая щит, продолжил разбор схемы.
— Придётся эту цепочку переработать.
— Но на неё завязана почти вся схема, Макс. Эта куча работы.
— М-да…
«Я проанализировала тут мимоходом. Заменить парочку рун в круге, и схема останется стабильной. Правда, до сих пор малоэффективной, но уже что–то».
Воспользовавшись советом Ровены, показал изменения, и Гермиона целиком и полностью погрузилась в расчёты, продолжая поглаживать меня по голове. Ну, миссия Дамблдора частично выполнена, подсказку я дал, а насильно швырять Поттера в воду, кидая вдогонку яйцо я не собираюсь.
***
Что делает волшебник, когда не знает, что делать? Правильно — страдает всякой фигнёй. Мы с Гермионой подготовились абсолютно к любым неожиданностям, составили аптечку с зельями, которую можно призвать по примеру Поттера, учли изменения в заклинаниях в подводной среде, рассчитали буквально всё. Но вот незадача — осталось лишнее время. Всего сутки, казалось бы, но каждая минута двадцать третьего февраля тянулась слишком долго. Меня снедало беспокойство, её — ожидание. Около трёх десятков раз я накладывал на девушку чары Стазиса чтобы она привыкла к ощущению внезапного и резкого пробуждения в неизвестной обстановке. Вроде бы помогло и после последних пробуждений она уже не вскакивала, как ужаленная и не начинала бешено озираться пару секунд.
Но ожидание и безделье… Они привели меня к созданию очередного проекта неведомого существа, в которое я могу трансфигурировать себя. Подключив все свои ресурсы, я с немыслимой скоростью просчитывал новую форму — металлоорганическая неведомая хрень с хвостом и щупальцами. Форма была выбрана вытянутая и приплюснутая, как акула, и даже плавники хвоста в вертикальной позиции — для меня это оказалось удобнее. Возможно, повлиял опыт души василиска двигаться именно в такой плоскости. Щупалец было восемь и росли они от головной части этого тела, представляя собой серьёзную угрозу всему живому, ибо больше походили на острые ленты — самое то, чтобы в воде резать с огромной скоростью. В самом теле были протравлены огромное количество различных магических схем, которые я мог бы активировать по желанию. Ровена убедила, что как искусственный интеллект, она сможет адекватно управлять всей этой хренью без особого труда и необходимости обучаться и адаптироваться. Вообще, я не планировал использовать столь сложные манипуляции, но нужно же было чем–то себя занять, а кроме этого, ничто не удерживало моё внимание достаточно долго.
Вечером в гостиной, когда волнения окончательно перегорели и мы просто сидели вместе на диванчике, вместе рисуя обычными карандашами различные схемы, нарочно добавляя всякий бред и глупо над ним хихикая, распугивая тем самым других учеников, случилось нечто невероятное. В гостиную зашла профессор МакГонагалл, а у некоторых старшекурсников от шока даже бутылки со сливочным пивом повыпадали из рук — так это было неожиданно. Профессор подошла к нашему диванчику.
— Мистер Найт, мисс Грейнджер.
— Добрый вечер, профессор, — оторвавшись от схем, мы встали с дивана и кивнули.
— Позволите, заглушающие чары?
Мы вновь кивнули, а МакГонагалл обвела волшебной палочкой черту вокруг нас. Это какие–то другие, неизвестные мне чары.
— Директор просил передать вам, что пришло время «похищать»… мисс Грейнджер. Так же он сказал, что вы, как полностью разгадавший абсолютно всю суть испытания, можете присутствовать при… «похищении».
МакГонагалл старалась сохранить бесстрастное лицо, но оно всё равно передавало неприязненное отношение профессора к происходящему.
