«Почему мне вдруг делается немного грустно, – думал Гуров, идя по тихой улочке, как будто вернувшей его на сорок или больше лет назад. – Да, я был молод, я только постигал профессию сыщика. Весь мир мне еще только открывался. Ведь одно дело быть студентом юридического факультета, а другое – молодым сотрудником МУРа. И ведь не сравнить оснащение уголовного розыска тогда и сейчас, не сравнить даже бытовую часть жизни тогда и сейчас. Холодильник и стиральная машина – это не то, чем можно было удивить в то время. И телевизором тоже. Даже кондиционеры уже существовали. Но сравнивать телетайп, стоявший в дежурной части ГУВД, и современные компьютеры, вообще современную связь, современные принципы хранения и передачи информации… Приходилось таскать с собой папку с фотографиями, чтобы показать подозреваемого свидетелю, а сейчас достаточно сунуть под нос смартфон или планшет. А хранение базы данных, а электронная почта, а телефон, с которого можно позвонить вообще куда угодно, где есть связь. Где есть вышки ретрансляторов. А где их нет, существует и спутниковая связь, а значит, и система навигации».
Да, сознавался сам себе Лев Иванович, жить в современном мире намного интереснее, комфортнее. И комфорт этот становится привычным и необходимым. Но все же… Почему вдруг становится так грустно, когда вдруг окунаешься в мир прошлого? Когда подходишь к зданию на Петровке, 38, на могилу отца – генерала милиции. Милиции! Что из этого мира еще есть. Да вот хотя бы генерал Петр Николаевич Орлов. И Гуров, разговаривая с Орловым не о делах, а часто просто так, снова как будто погружался немного в прошлое, соприкасался с ним. Они познакомились в МУРе, и очень давно: капитан милиции Гуров и подполковник милиции Орлов. Познакомились, и сразу началось какое-то соперничество. А потом оно переросло в крепкую долгую дружбу. И до сих пор они дружат втроем: Гуров, Крячко, Орлов. И когда Орлов стал начальником МУРа и его перевели в Главк министерства, он перетащил за собой друзей. Потому что ему не хватало ощущения прошлого, молодости, обычной дружбы или просто он знал своих старых друзей как крепких профессионалов. Второе важно тоже, но… Гуров улыбнулся и почему-то провел рукой по стволу молодой березки у чужого забора. «Вот я и добрался до истины: нам всем иногда хочется воспоминаний молодости, снова почувствовать себя молодыми, когда у нас все было впереди и когда нам казалось, что мы можем все и можем лучше других».
Все, хватит, осадил себя Гуров и осмотрелся. Итак, заборы тут невысоки и возможность быстро преодолеть их найдется почти в любом месте. Территории без собак. Собачьего лая не слышно. Значит, теоретически Кусков может удрать и через соседний участок, если почувствует опасность. А может, уже и почувствовал и его уже нет дома? Машина свернула с проезжей части и притормозила у самой обочины. Оттуда быстро выскочил пассажир и сбежал вниз к тропе, которая шла вдоль деревянного забора. Машина медленно развернулась и уехала в обратном направлении. Это было такси, и Гуров машинально запомнил его номер. Почему, что показалось подозрительным? Поведение таксиста? Нет, скорее разница в поведении неторопливого водителя и излишне торопливого пассажира. И то, что он там стоит за деревьями.
Что-то внутри буквально подтолкнуло сыщика пройти вперед. Мужчины там уже не было, но Гуров успел заметить последнее движение – как опускалась одна доска, державшаяся лишь на верхнем гвозде. Как хорошо работать в безлюдных поселках, подумал Гуров и подошел к забору. По дороге проехала машина, потом женщина на велосипеде, и снова тишина. Сыщик присел на корточки и чуть отодвинул доску. Скорее всего, он сейчас увидит, как человек, который потерял ключи от калитки или забыл их дома, воспользовался дежурным лазом в заборе. Обычное дело в поселке, который местами очень похож на обычную деревню. Но увиденное заставило напрячься. Так по собственному участку люди не ходят. Так подбираются к жертве преступники. А если учесть, что за следующим забором в доме может находиться Кусков, которого надо взять, то картина становится очень неприятной.
Гуров решительно отодвинул доску и боком протиснулся в проем. И тут же ему пришлось буквально лечь в траву, потому что мужчина в черных джинсах и черной футболке вытащил пистолет, тихо передернул затвор, загоняя патрон в патронник, и боком пошел вдоль дома в сторону второго забора. Гуров вытянул из кобуры под мышкой пистолет, выдержал паузу, а потом, приподнявшись на корточках, отошел в сторону под дерево. Спрятаться тут практически негде. Если только противник не свернет за дом, двигаться нельзя.
